Утратив органическое единство переживания мира в слове

Здесь таится одна из загадок непреходящей свежести классической поэзии, которую Бонфуа именует "сущностной" (la poesie de l'essence): "Эта поэзия не помнила о смерти. Говорят, она была божественна"16. Исследование поэтики Бонфуа позволяет отказаться от ригоризма в понимании его творчества как герменевтического и лишенного связи с реальностью. В одном из ранних эссе "Дело и место поэзии" (1959) он писал: "Я хотел бы, соположив, воссоединить поэзию и надежду".

Как поэт, он существует в границах всеобъемлющей реальности, где происходит обновленное воссоединение смысла и формы, а свобода выступает "самой сутью поэтического языка". Установка на обретение поэтическим словом того, чего еще не знает язык, есть путь проживания поэтического времени слова в обратном направлении и выхода через возбуждение его родовых пульсаций в новый художественный универсум. "Еще триста лет тому назад был произнесен страшный приговор величайшим из поэтов над величайшим из идеалистов,— писал в начале века Шестов. — Помните безумный крик Гамлета: "распалась связь времен!" С тех пор эти слова не перестают варьироваться писателями и поэтами на бесконечные лады. Но по настоящее время никто не хочет прямо сказать себе, что нечего связывать порвавшиеся звенья, нечего вновь вводить время в колею, из которой оно вышло. Все делаются новые и новые, попытки восстановить призрак старого благополучия, нам неустанно кричат, что пессимизм и скептицизм все погубили, что нужно вновь "поверить", "вернуться назад", стать "непосредственными" и т. д. И неизменно предлагают в качестве скрепляющего цемента старые "идеи", упорно отказываясь понять, что в этих идеях и было все наше несчастье"19. Философски переосмысливая движение вдоль временной горизонтали, Бонфуа приходит к смелому утверждению, что "читать отнюдь не означает следовать за различными поворотами языка или мысли, но подразумевает доверять миру"20.

Залогом подобных отношений выступает коммуникация, которая в предельном устремлении "сама по себе уже есть красноречие".