Там и был создан "Арканум 17"

Над какой дорогой свищет этот кнут? Куда летит этот возчик, быть может пьяный, у которого, кажется, нет и фонаря? Правда, ветер мог его задуть.

За всю жизнь нельзя бы было представить себе, что может быть такая буря. Эта воображаемая упряжка будто проваливается в такую пропасть рассевшейся пустой породы, в пропасть, которая становится все шире в глубине скал, а вспышка молнии освещает истерзанное сердце, кровоточащее сердце старой Европы, переполняющей русла пролитой крови. Мрачной Европы, еще мгновенье тому назад столь далекой. Перед моими глазами обширные сгустки крови, ржавчина соединяются с пятнами золотисто-навозного цвета среди рядов лафетов и голубых пропеллеров. Есть даже оскверняющие все, широкие брызги чернил, свидетельствующие о некоторой манере писать, широко вошедшей в практику, которая стала не чем иным, как ядом, вирусом, обостряющим все это зло. . . "29.

Поэту видятся и противостоящие сверкающие силы, но эти видения пока удалены от великой схватки, которая потрясала мир на европейской стороне Атлантики. Бретону, как и другим знаменитым французским поэтам той поры, вспоминается идея Рембо и гуманистический стих Аполлинера: "Мы хотим исследовать область добра, бесконечную область, где пока все безмолвно". Перед Бретоном возникают то неопределенные картины от некоего счастливого XV века Венеции и Сиенны, то елизаветинской Англии времен Шекспира, до новых углов зрения раскрытых российским XX веком30, то — призывы покончить с такой культурой, которую насаждают учебники и современное Бретону воспитание, то красное видение свалки, на которой выделяется слово SADE31, то непогасший факел Коммуны, то противостоящие утилитарному обществу Паскаль, Ницше, Стриндберг, то алые буквы "Интернационала" — "ни бог, ни царь. . . ", то стройные девушки Ватто; то страшные скалы мысов огибаемого острова Бонавентуры наводят его на неожиданное упоминание Генделя и Баха, а в конце концов сосредоточивают на поисках истины у любимых поздним Бретоном бескровных социалистов XIX в. — у Шарля Фурье, у Флоры Тристан, у автора книги "Рабочее единство" сен-симониста отца Анфантена.

Тема миролюбивого утопического социализма вступает в модернистическую симфонию Бретона как тема мира и безусловной справедливости. Возвращается знакомая по предыдущим книгам поэтическая идея "земного спасения любовью женщины".