Среди английских романистов большим успехом пользуется Г. Грин

Три зарубежных имени играют серьезную роль в театральной жизни Франции послевоенного десятилетия. Это Т. С. Элиот, чью пьесу "Смерть в соборе" ставит в 1945 г. Ж. Вилар, затем Лорка, привлекший французов своим поэтическим театром, и, наконец, Брехт, чьи революционные театральные идеи воодушевляют и режиссеров, и зрителей. В середине 50-х годов французы открывают театр Фриша и Дюрренматта. Тогда же у них возрождается интерес к немецкому и немецкоязычному роману.

Последовательно идут волны интереса к творчеству Т. Манна, Г. Гессе, Р. Музилю, к "Группе 47". В конце 50-х годов широкий французский читатель узнает о существовании Набокова, что прежде всего связано со скандалом вокруг "Лолиты", первоначально изданной на английском языке именно во Франции. Роман дважды запрещался на протяжении короткого промежутка времени, и в борьбе за его разрешение участвовали французские писатели и критики разной ориентации. Еще более шумный скандал, разразившийся вокруг "Доктора Живаго", способствовал популярности имени Б. Пастернака во Франции. Французская критика в целом больше интересовалась политическим "еретизмом" романа, нежели его литературными достоинствами.

То же самое можно сказать и о некоторых других произведениях советской литературы. От "Оттепели" Эренбурга и "Не хлебом единым" Дудинцева до "Крутого маршрута" Гинзбург и произведений Солженицына — таков круг чтения французской интеллигенции, стремящейся понять идеологический феномен сталинизма. "Архипелаг ГУЛАГ", который произвел на французов сильнейшее впечатление, дал импульс для возникновения целого философско-эстетического направления "новых философов" (см. об этом выше), в своих работах выразивших отвращение к любым тоталитарным идеологиям. Не только политическим был интерес к русской литературе.

Французская критика высоко оценила "Мастера и Маргариту" и другие книги М. Булгакова (хотя и здесь отчасти действует магия политических запретов и "мягкого", но неизменного "антисоветизма" автора), поэтическое и прозаическое наследие Мандельштама, Цветаевой, Ахматовой (зато прошла мимо творчества А. Платонова). Особенно заметным и плодотворным стало влияние русского формализма, а также работ М. Бахтина на французское литературоведение 60—70-х годов. Начиная с середины 60-х годов, французы открывают новый художественный мир латиноамериканской литературы, высоко ценят Борхеса и Гарсия Маркеса.