Построение, опробованное в "Жертвах долга"

Он серьезно увлекается рисованием (в 1970 г. состоялась его первая персональная выставка), выпускает книги о живописи. В драматургии он постепенно переходит на путь создания новых произведений из уже использовавшихся элементов, которые перерабатываются, переосмысляются, перекомпонуются,— путь, в принципе характерный для создателей "нового театра" и "нового романа". И потому вполне закономерно, что Ионеско сам подвел итог сделанному им в пьесах-мемуарах. Эту завершенность точно почувствовал Р. Планшон, который, соединив "Путешествия к умершим" с отрывками из предыдущих пьес и дневников, создал в 1983 г. спектакль—творческую биографию "Ионеско". Ионеско вошел в литературу как разрушитель традиционного театра, обличитель мещанской психологии, а остался как реформатор сценического искусства, защитник гуманистических ценностей, человеческого достоинства.

В начале января 1953 г. на сцене одного из парижских театров, "Театра де Бабилон", была показана пьеса, в которой все было непривычно, все удивляло и даже ставило в тупик. Ее герои, жалкие бродяги, на пустой сцене, посреди которой торчит одинокое голое дерево, томятся в бездействии напрасным, как выясняется, ожиданием, но, связанные предварительным обещанием, не могут уйти. Коротая время, они ведут бесконечные разговоры, в которых все как будто просто и ясно, но их смысла почему-то никак не удается ухватить. Как заправские цирковые шуты, они сыплют остротами, откалывают номера, но от них совсем не смешно. Имя автора ничего не говорило большинству публики, часть которой в недоумении или возмущении покинула зал, не досмотрев пьесу до конца.

Между тем день этой премьеры навсегда вошел в анналы мирового театра. И не только потому, что пьесе — "В ожидании Годо" — была суждена громкая слава, а спектакль стал большим событием в театральной жизни Франции 50-х годов и всей Европы, открыв новое направление в развитии западной драматургии, получившее название "театр абсурда". В этот день родился французский писатель Сэмюэль Беккет, один из великих создателей художественной вселенной XX столетия.

К тому времени, когда пьеса увидела свет рампы, Беккет был уже далеко не молод и отнюдь не новичок на литературном поприще. За его плечами был упорный до одержимости труд, несколько опубликованных произведений, оставшихся по-настоящему не прочитанными, малоприятные отношения с издательствами, из года в год отвергавшими написанные им вещи, добровольная разлука с родиной и отказ от родного языка.