В реальном Беккета отталкивала его неустранимая конкретность

Рассказы объединены фигурой центрального персонажа, Белаквы, имя которого заимствовано из "Божественной комедии", где одноименный герой обречен на адские муки за свою лень. Изложенные в новеллах события складываются в некое подобие сюжета, приобретающего повествовательную законченность. Судьба Белаквы формируется из мелких житейских эпизодов, в которых вырисовывается странный, гротескный ха-рактер, одновременно жалкий и шутовской. Белаква с его больными ногами (возможно, эта деталь, как и концепция характера в целом, была подсказана фильмами Чаплина, которые Беккет любил смотреть), несмотря на это куда-то постоянно бредущий,— отдаленный предшественник вереницы бек- кетовских героев. Повествование строится на контрапунктном соединении различных форм комического, соответствующего различным пластам культуры, от исполненной иронии игры с аллюзиями до наивных шуток в народном духе.

Очевидна, однако, некоторая искусственность юмора и стиля в целом — молодой автор еще не обрел той естественности тона, которая выдает руку мастера. В пристальном внимании к слову и выразительным возможностям языка, в стремлении уплотнить фактуру произведения за счет литературных реминисценций ощутимо влияние на него Джойса. В силу обратной перспективы, позволяющей взглянуть на ранние произведения Беккета сквозь призму его зрелого творчества, в рассказах ощутимо выделяются черты, составившие впоследствии основу художественного мира писателя: рудиментарность сюжета, который при отсутствии или, во всяком случае, приглушенности драматического начала скрепляется единством времени и места, без опоры на коллизию и конфликт.

Все это создает впечатление фрагментарности существования, человеческой отъединенности, непрочности человеческих связей.