Отказываясь от многих формалистических программ

Интересны в этом плане и ответы на анкету журнала "Эроп" "Романисты о романе", где, в частности, Пьер Гаскар писал: "Литературный протест, обозначенный как новый роман. . . в некотором роде полезен. Но обновление, предпринятое Арагоном, кажется мне гораздо более плодотворным17. "Гибель всерьез" (1965) акцентирует исторический контекст психологической драмы, раздвоенность человеческой души мотивирована: жизнь прожита во имя идеалов, которые преданы. Но действующим лицом этой "истории" в Истории является писатель, отыскивающий романную форму, которая могла бы с наибольшей адекватностью передать его мироощущение. В "Бланш, или Забвении" (1967) действующее лицо — ученый-лингвист, поглощенный словом в силу своей профессии. "Театр/роман" (1974) выбирает главным героем Актера, которому не под силу разделить жизнь и сцену — опыт пережитого и его воплощение в сценическом персонаже. (Упоминание о войне во Вьетнаме или студенческом бунте в Париже ничего не меняет в самоощущении героя. ) Человек один на один с вечностью, старостью, своей памятью. На одном полюсе жизнь-игра, непрерывное сценическое действо, заставляющее человека постоянно выдавать себя за кого-то другого; на противоположном — тайна актерской профессии, превращающей игру масок в средство познания истины.

В жизни попытка сказать о себе и о других правду оборачивается ложью; на сценической площадке ложь рождает правду. Страничка черновика романа Жоржа Перека "Жизнь, способ употребления" с графиком перемещения действия во времени и пространствеЕсли принять посылку, что «после Барта вся литература была "литературой взгляда"»18, то позволительно предположить наличие разных углов зрения и различные варианты взаимоотношений между увиденным и смотрящим. Ведь действительно, взгляд может бежать по поверхности предметов, как у Алена Роб-Грийе, может, напротив, игнорируя детали, воссоздавать субъективно окрашенный образ мира.

В этом, втором случае правильнее, наверное, говорить не о "литературе взгляда", а о "литературе внутреннего зрения", делающего выхваченный фрагмент реальности максимально значимым, сильно преображенным тем смыслом, который придает ему воспринимающий.