Известный театральный критик Андре Камп

Конечно, они далеки от совершенства. Без стыда выставляют они напоказ свои мелкие слабости, желания и трусость. Но они живут, и есть у них свои положительные стороны. Не потому ли, что каждый зритель может узнать себя в них без чувства неловкости, эта пьеса Ануя была встречена столь доброжелательно?"7Два десятилетия спустя герой пьесы "Штаны" (1978) академик Леон де Сен-Пе окажется не меньшим "реакционером", чем отставной генерал-сума- сброд, и зрители с удовольствием признают в нем себя. Он тоже будет цепляться за прежние понятия и "нравственные ценности" перед лицом разъяренных представительниц Комитета освобожденных женщин XVI округа Парижа, куда его жена подала жалобу на связь мужа с горничной.

Высмеивая в своей антиутопии то "недалекое будущее", когда к власти придут феминистки, Ануй высказывается в этой комедии по гораздо более широкому кругу современных проблем, вкладывая в финале в уста своего героя сентенцию, очень напоминающую позицию "новых философов", заво-евавших во Франции в конце 70-х годов определенный вес в становившихся все более влиятельными кругах неоконформистов. Их тезис о том, что процветание общества во многом зависит от того, что "каждый сверчок должен знать свой шесток" и не стремиться к разрушению и стиранию социальных и классовых перегородок, очевидно очень импонировал Аную в последний период его творчества. Вырвавшись из-под надзора ревнительниц женской эмансипации (доведенной до абсурда, дабы предстать перед зрителями лишь в уродливых и идиотических своих проявлениях), академик Леон де Сен-Пе бежит в Швейцарию вместе с горничной и слугой, которого он называет не иначе как "пёпль", т. е. "народ".

Так вот этот слуга-народ, убегающий со своим хозяином, в начале пьесы хорохорившийся и заявлявший, что он всегда прав, так как принадлежит к "трудящимся классам", на вопрос хозяина о том, что же он выиграет от революции, отвечает: "Не знаю. Может быть, то, что о ней не будут больше говорить"8. "Каждый на своем месте, и все свободны. Вот что такое Демократия"9,— провозглашает академик.

Короткая, как в басне, "мораль под занавес" свидетельствует не только об общественной позиции Ануя, но и о появившемся у него в последние годы стремлении все договаривать до конца в своем желании преподать согражданам урок.