Служа своему искусству люди выполняют определенную обязанность, вполне четкую и важную.

Художник должен снова стать членом общества, ему необходимо предоставить свое место между великими творцами и великими тружениками. Отнюдь не умаляя благородства и чистоты искусства, эта современная концепция, на мой взгляд, возвращает ему его подлинное человеческое величие.
Мне пришлось бы чересчур отклониться от темы, если бы я стал рассматривать здесь роль живописца, архитектора или музыканта. Поэтому я остановлюсь только на роли писателя. Чтобы понять ее, перенесемся с помощью воображения в таинственную» но в то же время знакомую страну, которую представляет собой сознание человека поздним вечером, перед самым сном.
«Горе роману, если читатель не спешит узнать, чем он кончается»,— восклицает Д'Аламбер в «Похвальном слове Мариво». Шутка, поистине полная смысла. Главное достоинство романа — не наводить скуку.
Этот важный вопрос о занимательности отнюдь не из тех, которыми можно пренебречь или решить их с ходу. Никто не станет спорить,.что сочинения, написанные только для развлечения, чтобы помочь убить время, немногого стоят. И мы не слишком признательны этим спутникам на час. С небрежной и пресыщенной торопливостью мы вырываем их тайны и, получив то поверхностное удовольствие, на которое рассчитывали, спешим забыть о них, бросив на скамейке вагона. Им нет места в нашей библиотеке. Мы даже слегка досадуем на них за это развлечение, которое они нам так охотно доставили и которого мы немного стыдимся, когда все позади.
Это все верно. Однако это не означает, что серьезная критика не должна принимать в расчет вопрос о занимательности; это не означает, что, в противовес дурному вкусу, мы должны высказывать высокомерное презрение к тому, что нас развлекло. Классики, создатели совершенных образцов литературы, всегда критиковали и высмеивали холодных, скучных авторов, тех, что «в томительных стихах своих неутомимы». Наши великие писатели неоднократно признавали, что стремятся доставить читателю удовольствие — разумеется, читателю идеальному, стараясь его заинтересовать и взволновать.
Было бы неуместно с нашей стороны выставлять себя менее терпимыми и более заносчивыми, чем наши учителя.