«Семейные хроники» Филиппа Эриа

«Семейные хроники» Филиппа Эриа — его трилогия о Бусарделях, или Мориса Дрюона — его «Большие семейства» («Сильные мира сего»), или Эрве Базена — его романы о семье Резо, — эти произведения (кстати говоря, изданные в русском переводе), вошли в основной фонд современной французской прозы.

Десятки романов Поля Виалара рисуют «Французскую хронику двадцатого века» (так назвал писатель одну из своих многотомных серий). Здесь романы об офицерстве, о лавочниках, об адвокатах, цирковых артистах, бизнесменах, писателях. Каждый новый роман серии знакомит с новой профессиональной средой. Поль Виалар хорошо знает то, о чем пишет, знает человеческие характеры, выковываемые средой, профессией, эпохой. Его генерал из романа «Звезды Марса», его юрист из «Черных мантий», его владельцы издательств и газет из «Времени мошенников» — это живые люди и вместе с тем типические характеры.
О мире банков рассказывает Жорж Коншон («В конечном счете»), о чиновничьем аппарате — Морис Тоэска («Чиновники»), о торговцах — Жан Дютур («Свежее масло»), о парламентариях—Кристиан Пино («Дорогой мой депутат»), о жизни рабочих — ЖоржЭмманюэль Клансье (цикл «Черный хлеб»), романисты пытаются всерьез разобраться в сегодняшнем дне, в людях, в истории. Правда, довольно туманным и непонятным рисуется в их книгах завтрашний день. Куда идет история, что будет с людьми? «Дай ответ. Не дает ответа...»
Ответ стремятся дать писатели, связавшие свою судьбу с борьбой народа за добрый путь истории. Они дают этот ответ не риторически; в герое нынешнем их привлекает порыв к завтрашнему дню. Они не всегда пишут непосредственно о политической борьбе, о людяхборцах. Но о чем бы они ни писали, их герои освещены знанием путей человеческой истории.
На первый взгляд в этих романах — все то же самое, что уже знакомо нам по десяткам, может быть, сотням других произведений. Вот роман Мориса Понса «Ночной пассажир» (1960), вот журналист Жорж Прадье — рассказчик, от чьего лица идет повествование (опять рассказчик, опять от первого лица, опять интеллигент). Он — типичный «средний француз», не привыкший думать о политике, о чем бы то ни было, что выходило бы за рамки его профессии (вспомните Ричвика в «Сильве» Веркора или любого из братьев Ферре в «Известном солдате» у Элен Пармелен), за рамки его личной жизни, любимого спорта (Прадье самозабвенный автомобилист. Вспомните Дюка из романа Вайяна «Праздник»). Жорж Прадье так же поглощен романтикой автострад, этих ковбойских прерий Западной Европы середины века, как герои «Трех товарищей» или «Жизни взаймы» Ремарка.