Абель Леклерк приезжает во Францию

В 1960 году Абель Леклерк, канадец (тоже, как и Робер в предыдущем романе, работающий на телевидении), приезжает во Францию, в Нормандию, в те самые места, где шестнадцать лет тому назад в составе канадских частей воевал он с гитлеровцами, освобождая страну своих предков.

Теперь он турист. Он ходит и ездит по местам боев, бродит по песчаным пляжам, где прошли страшные месяцы его юности. Он весь — в воспоминаниях о войне, он живет ими, они его терзают, он не знает, как освободиться от картин прошлого, которые уже столько лет не отпускают его, не дают ему жить настоящим и будущим. Здесь погиб его лучший друг Жак, погиб смертью ужасной и бессмысленной; невеста Жака, Валери, приехавшая вместе с Леклерком во Францию, просит показать ей могилу жениха. Но могилы нет. Жака поглотила трясина, съела дорожная грязь, никто потом не видел его трупа. Леклерк не может сказать Валери жестокую правду. Люди, побывавшие в аду войны, не могут найти общий язык с теми, кто о войне знает лишь по реляциям, книжкам, официальным легендам. Война ненасытным вампиром продолжает пить кровь из людей спустя долгие годы после того, как салюты возвестили наступление мира... Два измерения, в которых живут герои романа, непрерывно переплетаются друг с другом, наплывают друг на друга с кинематографической настойчивостью. Уже зачин романа погружает нас в атмосферу ужаса и тоски. Бьют пушки, высаживаются десанты, гибнут люди. Но это, оказывается, не война, это— панорама боев, отгремевших шестнадцать лет тому назад, это толпа туристов слушает магнитофонную ленту, воспроизводящую (или, скорее, инсценирующую) минувшие битвы. И так — через всю книгу: война и мир, вчера и сегодня, бои и каникулы.
И через всю книгу—вопрос «зачем». Зачем мы воевали, зачем гибли наши друзья, умирали, не успев увидеть жизни, не оставив на земле дела рук своих, не оставив детей, а лишь безутешных матерей, жен, невест. Зачем?
На этот вопрос герою ответить трудно. Война изображена Арманом Лану как бессмысленный разгул «безумной Греты». Командиры отдают нелепые и жестокие приказы, судьба солдат зависит от случайности, которую невозможно предусмотреть, партизаны из местного отряда Сопротивления оказываются группой бежавших из сумасшедшего дома больных... А теперь, спустя шестнадцать лет,— что видит Абель Леклерк теперь во Франции? Все забыто, забыты жертвы и лишения, сытые лавочники попрежнему лгут, обманывают, наживаются, убивают. Абелю рассказывают, что в первые послевоенные годы креветки в этих местах были немыслимо жирные, таких еще никогда не вылавливали нормандские рыбаки. Креветки разжирели на трупах солдат, павших здесь за... За что они пали?