Таким вычурным заканчивается эта своеобразная хроника

Вы же единственный и стоите очень высоко. Это мнение всех. Другие придут позже, на большом расстоянии от вас».

Тем не менее Нимье переживает творческий кризис. Он пишет один за другим два неудачных романа: "Грустные дети" (1951) и "История одной любви". "Грустные дети" — роман о становлении писателя — имеет автобиографические черты. Оливье Малантред воспитывается в довоенной чопорной буржуазной среде, насквозь ханжеской и лицемерной. Однако ненависть к этой среде вовсе не превращает Оливье в критика буржуазного общества.

Он "ограничивается" свободолюбивым, с его точки зрения, цинизмом, который еще больше утверждается в нем благодаря "сумбурному" опыту войны, когда судьба бросает Оливье то в Англию, то в Америку, то в Африку и учит, в сущности, его лишь одному: люди по своей природе настолько несовершенны, что нет никакой возможности серьезно думать о каких-либо общественных идеалах. В послевоенной Франции Оливье, одинаково чуждый как левым, так и правым, и все-таки ближе правым именно по причине отрицания идеи социальной справедливости, стремится найти себя в светских развлечениях, любовных историях и творчестве. Его творческое кредо, изложенное в письме к любовнице, близко автору: это совмещение полярных начал, "сентиментальности" и "насилия", Селина и Валери Ларбо. "Во всем этом,— утверждает герой,— не будет мудрости, это не станет искусством жизни — всего лишь видением. Но если небеса и преисподняя того захотят, это видение будет, однако, истинным, поскольку оно всеобъемлюще".

Впрочем, герой, судя по событиям в романе, больше интересуется снобистскими красотами буржуазной жизни, нежели жизнью в искусстве. Заблудившись в отношениях с двумя очаровательными женщинами, он разбивается на машине. Нелишне заметить, что от "Грустных детей" до "Здравствуй, грусть" (1954) Ф. Саган — один шаг.