1. Skip to Main Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Мариво

АРЛЕКИН, ВОСПИТАННЫЙ ЛЮБОВЬЮ (1723)

Перевод Н. Пахсарьян*

 

      Мариво (1688-1763) – один их самых замечательных драматургов французского рококо, хорошо известен своими любовно-психологическими комедиями «Любовный сюрприз» (1722), «Двойное непостоянство» (1723) и особенно – «Игра любви и случая» (1730). Он предназначал свои комедии для итальянских актеров, игравших во Франции, но при этом стремился переосмыслить и «превзойти» традиции характеров-масок комедии «дель арте». Его излюбленный сюжет – «любовный сюрприз», внезапно возникающее чувство, которое преображает влюбленного. Особое внимание уделяет писатель ритму и интонации диалогов, их легкость, стремительность, элегантность, утонченность, игривость и остроумие дают примеры «мариводажа» - особого, присущего Мариво стиля, который исследователи называют «новой прециозностью».

ПЕРСОНАЖИ

ФЕЯ

ТРИВЕЛИН, ее слуга

АРЛЕКИН,  молодой человек, похищенный феей

СИЛЬВИЯ, пастушка

ПАСТУХ, влюбленный в Сильвию

ДРУГАЯ ПАСТУШКА, кузина Сильвии

ТАНЦОРЫ, ПЕВЦЫ, МУЗЫКАНТЫ

Сцена первая. Фея, Тривелин

Т. (в ответ на вздохи феи) – Вы все вздыхаете, госпожа, и, к несчастью для Вас, рискуете  еще долго  так вздыхать, если не образумитесь. Позволено ли мне будет сказать, что я думаю?

Ф. – Говори.

Т. –  Молодой человек, похищенный Вами у родителей, - красив и хорошо сложен, это самый очаровательный брюнет на свете. Когда Вы заметили его спящим в лесу, он был похож на дремлющего Амура,  и я не удивился внезапной симпатии к нему с Вашей стороны.

Ф. – Что может быть естественнее, чем полюбить то, что приятно?

Т. – И верно. Но прежде-то Вы были влюблены в великого Мерлина, волшебника.

Ф. – И что же? Второй заставил меня забыть о первом, но и это естественно.

Т. – Это сама естественность. Только одна закавыка: Вы похитили спящего красавца всего лишь за несколько дней до свадьбы с Мерлином. Вы дали слово выйти за него, а это серьезно. Может, не стоит понимать естественность так буквально? Впрочем, оставим это: худшее, что может произойти с женщиной, это ее измена. Неверный мужчина – вульгарен, а ветреная женщина выглядит сносно. Когда женщина верна, ею восхищаются, но есть дамы более скромные и не настолько тщеславные, чтобы стараться вызвать восхищение. Вы как раз из таких: славы – меньше, но зато сколько удовольствия! В добрый час!

Ф. – Жаждать славы, когда я и так фея! Да я была бы дурой, если бы меня смущали такие мелочи.

Т. – Славно сказано, но продолжим. Вы велели перенести спящего юношу во дворец, и ждали, когда он проснется. Вы нарядились и стали столь привлекательны, что Ваше презрение к славе можно понять. Вы ждете от красавца удивленного восхищения, он же просыпается и здоровается с Вами, выказывая лишь глупость. Вы подходите – он зевает дважды или трижды, потягивается и засыпает снова. Вот история о пробуждении, от которого так много ожидали. Вы выходите, вздыхая от досады, и, думаю, Вас гонит храп этого неотесанного грубияна. Через час он просыпается снова и, не видя никого рядом, кричит: «Эй!». На этот галантный призыв Вы возвращаетесь, Амур встречает Вас, хлопая глазами. «Что Вам угодно, прекрасный юноша?» - спрашиваете Вы. «Есть хочу», - отвечает он. - «Разве Вы не удивлены, видя меня?» - продолжаете Вы. - «А, ну да», - он в ответ. И вот уже две недели, как он высказывается все так же красноречиво. Но Вы в него влюблены, и, что хуже всего, позволяете Мерлину надеяться на брак с Вами. Мне же Вы признались, что хотите стать женою красавца. Честно говоря, если Вам удастся законным путем выйти за обоих, Ваш второй муж должен будет хорошенько отделать первого.

Ф. – Отвечу кратко. Да, меня очаровал этот юноша; а неразговорчивость его я объясняю тем, что это я отняла у него разум. Меня вовсе не отталкивает его глупость, у него масса других достоинств, за них я его и люблю. А если к этим достоинствам прибавятся другие, полюблю еще сильнее. Каким наслаждением будет увидеть его передо мной на коленях, произносящего «Я люблю Вас!». Уже теперь он прекраснейший брюнет на свете. Когда же его рот, глаза, все черты его лица засветятся любовью, он станет еще краше. Надеюсь, мои заботы сумеют внушить ему эту любовь. Иногда он смотрит на меня, и всякий раз я надеюсь, что в этот миг он почувствует мою страсть и ощутит такую же в себе. Как только это произойдет, мы тотчас же поженимся. Статус моего мужа защитит юношу от гнева Мерлина, но до той поры мне не хочется гневить чародея, ведь я не сильнее его в волшебстве.

Т. – Но если Ваше воспитание не даст плодов, и юноша никогда не станет ни нежнее, ни умнее, Вы станете женою Мерлина?

Ф. – Нет, даже став его женою, я не захочу потерять красавца из виду. И если когда-нибудь он меня все же полюбит, замужество меня не остановит.

Т. – Спасибо, что сказали, а то бы я сомневался. Что соблазненная женщина, что побежденная – все одно. А вот и наш глупец-красавец со своим учителем танцев.

Сцена вторая.

Арлекин, входит, понурив голову или еще как-нибудь неловко; учитель танцев, Фея, Тривелин.

Ф. – Ах, любезное дитя, Вы, кажется печальны. Вам что-нибудь не нравиться здесь?

А. – Да не знаю я ничего.

Ф. (смеющемуся Тривелину) – О, прошу Вас, не смейтесь, это оскорбляет меня. Я люблю его, стало быть, Вам следует его уважать (Арлекин в это время ловит мух. Фея вновь обращается к нему). Не хотите ли начать урок, дитя мое?

А. (как будто не расслышав) – Чего?

Ф. – Не хотите ли начать урок из любви ко мне?

А. – Нет.

Ф. – Как! Вы отказываете мне в такой мелочи, мне, которая так любит Вас?

Тут Арлекин видит у нее на пальце большое кольцо, он берет руку феи, рассматривает кольцо, потом поднимает голову и простодушно смеется.

Ф. – Хотите, я подарю его Вам?

А. – Ага.

Ф. (сняв кольцо с пальца, протягивает ему. Он грубо хватается за кольцо, и она говорит ему) – Любезный Арлекин, когда прекрасный юноша, подобный Вам, получает какой-нибудь подарок от дамы, ему следует поцеловать ей за это руку.

Арлекин жадно хватает руку феи и целует ее.

Ф. (Тривелину) – Он меня не слышит; что ж, его пренебрежение мне тоже приятно (Добавляет) А теперь поцелуйте Вашу. (Арлекин целует свою ладонь, фея вздыхает и, отдавая ему кольцо, произносит) Вот Вам кольцо, а за это примитесь за урок.

Учитель танцев начинает учить Арлекина делать реверанс. Арлекин пускает в ход все свои возможности, чтобы сделать этот процесс смешным.

А. – Мне скучно.

Ф. – Что ж, тогда довольно. Мы попытаемся Вас развлечь.

А. (прыгая от радости) Развлечь! Развлечь!

Сцена третья.

Фея. Арлекин. Тривелин. Группа певцов и танцоров.

Фея сажает Арлекина возле себя на скамью в траве. Во время исполнения танца Арлекин свистит.

Певец (Арлекину) Прекрасный брюнет, Амур Вас зовет.

А. (поднимаясь, простодушно) – А я его не слышу, где он? (зовет) Эй, эй!

Певец (продолжает) – Прекрасный брюнет, Амур Вас зовет.

А. (усаживаясь снова) – Ну так пусть кричит громче.

Певец (указывая ему на фею) Видите ли Вы эту очаровательную особу? Ее прелестные глаза с жаром повторяют Вам каждый миг: Прекрасный брюнет, Амур Вас зовет.

А. Черт возьми! Это смешно.

Певица-пастушка (Арлекину) – Любите, любите, нет ничего слаще любви.

А. – Так научите меня этому.

Певица – Мне жаль, что Вы не знаете любви. Какое счастье для меня понимать (указывает на певца), что Атис знает об этом больше Вас.

Ф. – Милый Арлекин, разве эти нежные песни не трогают Вас? Что Вы чувствуете?

А. – Что мне есть охота.

Т. – Стало быть, вздыхать он способен лишь после сытной еды. Что ж, вот крестьянин, который доставит Вам удовольствие деревенской пляской, а потом мы отправимся за стол. (Крестьянин танцует).

Ф. (усаживается и сажает рядом Арлекина. Тот засыпает. Танец заканчивается, фея трогает Арлекина за рукав и говорит, вставая) – Вы заснули? Что же нужно сделать, чтобы развлечь Вас?

А. (просыпается с плачем) – Ой-ой-ой! Я давно не видел ни отца, ни матери.

Ф. (Тривелину) – Уведите его; быть может, еда отвлечет его от грустных мыслей. Я ненадолго отлучусь. Когда же он поест, пусть погуляет, где ему захочется.

Сцена четвертая.

Сильвия, пастух.

Сильвия появляется на сцене в костюме пастушки с посохом в руке: за ней – пастух.

П. – Вы избегаете меня, красавица Сильвия.

С. – А чего Вы хотите? Вы докучаете мне: вечно твердите о своей любви.

П. Я говорю о том, что чувствую.

С. – Но я-то не чувствую ничего такого.

П. – Это и приводит меня в отчаяние.

С. – Я не виновата. Я знаю, у каждой пастушки есть пастух, который ухаживает за ней, они мне говорят, что влюблены, они вздыхают и находят в том удовольствие. Я же несчастна с тех пор, как Вы стали мои воздыхателем. Я делаю все, чтобы почувствовать то же самое, мне хотелось бы полюбить для удовольствия. Если здесь есть какой-нибудь секрет, откройте мне его, я сделаю Вас счастливым, ведь я добра. 

П. – Увы! Единственный секрет, который я знаю – это любить, как я люблю Вас.

С. – Такой секрет ничего не стоит: я не могу полюбить Вас, и меня это бесит. Как Вы влюбились в меня?

П. –  Я увидел Вас – и все.

С. – Видите, какая разница. Я же чем больше вижу Вас, тем меньше люблю. Ладно, оставим, может, это пройдет когда-нибудь. Но не надо меня смущать. Сейчас я возненавижу Вас, если вы не уйдете.

П. – Что ж, удалюсь, раз Вам так хочется. Но для утешения  позвольте поцеловать Вашу ручку.

С. – Ну уж нет! Говорят, что это особая милость и нельзя позволять целовать руки. Все наши пастушки избегают таких поцелуев.

П. – Но нас никто не видит.

С. – Правда, но раз это плохо и не доставит мне удовольствия, я этого не сделаю.

П. – Прощайте же, красавица Сильвия, думайте обо мне хоть иногда.

С. – Ладно, ладно.

Сцена пятая

Сильвия, Арлекин.

С. – Как же надоел мне этот пастух со своей любовью! Всякий раз, когда он заводит о ней разговор, у меня портится настроение. (Увидев Арлекина) Но кто это там? О Боже! Какой красавчик!

А. (играет с воланом и таким образом приближается к Сильвии. Роняя волан, наклоняется, чтобы поднять его, и видит Сильвию. От удивления остается некоторое время в полусогнутом виде, потом медленно выпрямляется. Не отрывает глаз от Сильвии. Она смущена, делает вид, что хочет уйти, он растерян, останавливает ее и говорит) – Вы спешите!

С. – Я ухожу, ведь я Вас не знаю.

А. – Вы не знаете меня! Это плохо. Так давайте познакомимся, хотите?

С. (все еще смущена) – Хочу.

А (улыбаясь) – Как же Вы милы!

С. – Вы так любезны.

А. – Ничуть. Я говорю правду.

С. (улыбаясь ему в ответ) – Вы тоже очень милы.

А. – Тем лучше! Где Вы живете? Я приду к Вам.

С. – Я живу совсем рядом, но приходить не нужно. Лучше встречаться здесь. Один пастух влюблен в меня, он начнет ревновать и преследовать нас.

А. – Так в Вас влюблен какой-то пастух!

С. – Да.   

А. – Какая досада! Мне этого совсем не хочется. А вы тоже любите его?

С. – Нет, мне никак это не удается.

А. – Замечательно. Давайте любить друг друга. Если хотите…

С. – В конце концов… не вижу в этом препятствий.

А. – В самом деле?

С. – Я никогда не обманываю. А где живете Вы?

А. – Вот в этом большом доме.

С. – Как! У феи?

А. – Да.

С. (печально) – Нет, не будет мне счастья.

А. (тоже опечалясь) – Что с Вами, милая подруга?

С. – А то, что фея эта красивее меня, и нашей привязанности не суждено длиться долго.

А. (беспокойно) – Лучше бы я умер. (Нежно)  Ну, не огорчайтесь, сердечко мое.

С. – Так Вы будете меня любить всегда?

А. – Всю мою жизнь.

С. – Мне будет горько обмануться, я так простодушна! Но мои барашки разбредаются, а меня отругают, если хоть один из них потеряется. Нужно идти. Когда Вы придете снова?

А. (огорченно) – Ох! До чего меня сердят эти барашки!

С. – И меня, но что делать? Придете вечером?

А. – Непременно (берет ее за руку). О, какие прелестные пальчики! (целует руку пастушки). Такой сладости я еще никогда не ведал.

С. (смеясь) – До свиданья. (В сторону) Вот я и влюбилась, так и не разгадав секрета. (Роняет платок, уходя).

А.(подняв платок) – Подружка моя!

С. – Что Вам, мой друг? Ах, это мой платок, отдайте его.

А. (протягивает, потом отдергивает платок; колеблется) – Нет, я хочу его оставить, он будет мне поддержкой. Что Вы с ним делаете?

С. -  Когда  умываю лицо, я им вытираюсь.

А. – А каким концом платка? Я буду целовать его там.

С. – Всеми четырьмя. Но мне надо спешить, я уже не вижу своего стада. Прощайте и до скорой встречи.

А. прощается с ней, шутовски кланяясь, и уходит.

Сцена шестая.

Фея, Тривелин.

Ф. – Итак, поел наш молодой человек?

Т. – Поел за четверых. Аппетит-то у него превосходный.

Ф. – А где он теперь?

Т. – Наверно, играет в волан на поляне. Но у меня для вас новость.

Ф. – Какая же?

Т. – Вас приехал навестить Мерлин.

Ф. – Я рада, что еще не встретилась с ним. Такая докука разыгрывать любовь, когда ты ее уже не чувствуешь.

Т. – Честно говоря, госпожа, досадно, что этот юный невежда изгнал жениха из Вашего сердца.

Ф. – До сих пор мне ничего не оставалось делать, как только притворяться.

Т. – И Вы не чувствовали угрызений совести?

Ф. – Ах, у меня есть, чем занять свои мысли,  так что незачем тревожить совесть по таким пустякам.

Т. (в сторону) – Вот женское сердце во всей красе!

Ф. – Я огорчена, что не вижу Арлекина, собралась его искать, а он сам к нам идет. Что скажешь, Тривелин? По-моему, он выглядит лучше, чем обычно.

Сцена седьмая. Фея, Тривелин. Арлекин.

Арлекин появляется, держа в руке платок Сильвии, разглядывает его и нежно вытирает им лицо.

Ф. (продолжая разговор с Тривелином) – Интересно посмотреть, что он делает наедине с собой. Стань за моей спиной, я поверну кольцо, которое сделает нас невидимыми.

Арлекин подходит к рампе, подпрыгивает, держа платок Сильвии в руке, ложится на землю, положив платок на грудь, и весело катается по земле.

Ф. (Тривелину) – Что все это значит? Мне это кажется странным. Откуда у него этот платок? Может, он нашел один из моих? Ах, будь это так, Тривелин, все эти ужимки были бы добрым знаком…

Т. – Готов поклясться, что платок этот пахнет мускусом.

Ф. – О нет! Я хочу поговорить с ним. Удалимся, чтобы сделать вид, будто только что пришли (отступает на несколько шагов).

А. (прогуливается, напевая) Тра-та-ти, тра-ля-ля.

Ф. – Здравствуй, Арлекин.

А. (отставляет ногу, держа платок под кистью руки) – Ваш покорный слуга.

Ф. (в сторону, Тривелину) – Как! Вот это манеры! Он никогда не отвечал мне так вежливо с тех пор, как оказался здесь.

А. (фее) – Госпожа, не могли бы Вы рассказать мне, что такое быть влюбленным?

Ф. (очарованная, Тривелину) – Тривелин, ты слышишь? (Арлекину) Когда любят, милое дитя мое, то стремятся постоянно видеться, жаждут не расставаться друг с другом, разлука огорчает. Кроме того, влюбленные чувствуют волнение, беспокойство, иногда – желание.

А. (легко подпрыгивая, в сторону) – Совсем как я.

Ф. – Вы чувствуете то, о чем я сказала?

А. (с видом безразличия) – Да нет,  мне просто любопытно.

Т. – Он притворяется, ей-ей!

Ф. –Да, притворяется, но ответ его мне не по нраву. (Арлекину) Дорогой Арлекин, так Вы не обо мне говорили?

А. – О, я не простак и не говорю того, что думаю. 

Ф. (в волнении, резким тоном) – Что это значит? Где вы взяли этот платок?

А. (с опаской глядя на нее) – Поднял с земли.

Ф. – А чей он?

А. – Он… (обрывает себя) Не знаю, чей.

Ф. – Здесь какая-то тайна. Дайте-ка мне этот платок (Забирает платок у него, рассматривает и с огорчением говорит в сторону) Он не мой, а юноша целовал его! Ладно, скроем свои подозрения и не будем расспрашивать. Он ничего мне не скажет.

А. (смиренно, сняв шляпу) – Будьте так добры, верните мне платок.

Ф. (тихонько вздыхая) – Держите, я не хочу его отбирать, раз он Вам доставляет удовольствие.

Арлекин, забирая платок, целует фее руку, прощается и уходит.

Ф. – Вы покидаете меня! Куда же Вы?

А. – Подремать под деревом.

Ф. (ласково) – Хорошо, идите.

Сцена восьмая.

Фея, Тривелин.

Ф. – Ах, Тривелин, я растеряна.

Т. – Уверяю Вас, госпожа, я ничего не понимаю в этом приключении. Что случилось с этим чумовым?

Ф. (с жаром, в отчаянии) – У него есть ум, Тривелин, есть, лучшего не надо. Я же безумнее, чем всегда. Ах, какой удар для меня! Каким любезным показался мне это неблагодарный! Ты заметил, как он изменился? Какая утонченность в лице! И все эти качества он приобрел не из-за меня! И к тому же как деликатен – сдержался, не признался мне, чей у него платок. Догадался, что я стану ревновать. Ах, верно он полюбил, раз выказал столько ума! Как же я несчастна! Другая услышит от него  слова «Я люблю Вас», которые мне столь желанны, и я чувствую, что он заслужит обожание. Я в отчаянии. Идем, Тривелин. Надо открыть, кто моя соперница. Я буду следовать за Арлекином, обойду все места, где они могли бы видеться. А ты тоже займись поисками, да побыстрей. Я умираю.

Сцена девятая.

Сильвия. Одна из ее кузин.

Сцена меняется. Это поле, вдали пасется стадо баранов.

С. – Остановись на минутку, кузина. Я расскажу тебе сейчас свою историю, а ты дашь мне совет. Я как раз была здесь, когда он появился. И как только он приблизился ко мне, сердце сказало мне, что я люблю его, и это было великолепно! Он подошел ко мне, заговорил. И знаешь, что он мне сказал? Что он тоже полюбил меня. Я была так счастлива, как будто мне подарили всех барашков нашей деревни. Правда-правда! Я не удивляюсь теперь, что нашим пастушкам так нравится любить. Мне самой не хотелось бы заниматься ничем другим, с тех пор как я появилась на свет, такой он красавец. И это еще не все: он скоро должен снова прийти сюда, он уже целовал мне руку, и я хотела бы, чтобы он снова мне ее поцеловал. Дай мне совет, у тебя же столько воздыхателей: я должна ему позволять это? 

К. – Знаешь, поберегись, будь неприступнее, это сильнее привяжет к тебе поклонника.

С. – Как! А более легкого средства удержать его не существует? 

К. – Нет. И никогда нельзя  говорить ему, что ты любишь его.  

С. – И как же этому помешать? Я еще так молода, что не умею стеснять себя.

К. – Старайся, как можешь. Но меня уже ждут, я больше не могу тут оставаться. Прощай, кузина.

Сцена десятая.

Сильвия.

С. (одна) – Как же я волнуюсь! Лучше бы мне совсем не любить, чем быть вынужденной разыгрывать суровость. Но кузина сказала, что это укрепляет чувства. Вот странно, такой неудобный способ выражать любовь надо бы изменить. Те, кто его выдумал, не любили так сильно, как я.

Сцена одиннадцатая.

Сильвия, Арлекин.

С. – Вот мой любимый, и как же мне трудно сдерживаться!

Как только Арлекин замечает Сильвию, он радостно бежит к ней вприпрыжку, Приветствует ее шляпой, на которую водрузил ее платок, кружится вокруг девушки. То целует платок, то ласкает Сильвию.

А. – Вот и Вы, сердечко мое!

С. – Да, любимый.

А. – Вам приятно видеть меня?

С. – Достаточно приятно.

А. – Достаточно! Этого совсем не достаточно!

С. – Ох, так что же! Ведь большего сказать нельзя.

Арлекин берет ее за руку. Сильвия выглядит смущенной.

А. – А мне не хотелось бы, чтобы Вы так говорили (хочет поцеловать ей руку).

С.(отдергивая руку) – Ну хоть не целуйте мне руку.

А. – Как! Значит, Вы обманщица! (плачет)

С. (нежно, беря его за подбородок) – Увы!  Возлюбленный мой, не плачьте.

А. (продолжая всхлипывать) – Вы обещали мне свою привязанность.

С. – И дала Вам ее.

А. – Нет. Когда кто-нибудь влюблен, он не мешает целовать руку. (Протягивая ей свою). Держите мою и смотрите, отберу ли я ее у Вас, как сделали Вы.

С. (вспомнив советы кузины, в сторону) – Ой, пусть моя кузина скажет, что захочет, но я больше не могу сдерживаться… (Громко) Ну-ну, успокойтесь, мой друг и целуйте мою руку, раз Вам хочется, целуйте. Но знаете, не спрашивайте меня, как сильно я Вас люблю, потому что я должна всегда говорить Вам наполовину меньше, чем чувствую. На самом деле я люблю Вас всем своим сердцем. Но Вы не должны этого знать, потому что разлюбите меня. Мне так сказали.

А. (печально) – Те, кто Вам это сказал, - обманщики. Это болтуны, они понятия не имеют о наших чувствах. Когда я целую Вам руку, мое сердце сильно бьется. Оно так же бьется, когда Вы говорите, что любите меня. А это значит, что для нашей привязанности это хорошо.

С. – Наверное, Вы правы, потому что со мной то же самое, но это неважно. Раз говорят, что этого делать нельзя, будем поступать осторожно: всякий раз, когда Вы спросите, как сильно я люблю Вас, я буду отвечать, что совсем не люблю, но это будет неправдой. А когда Вы захотите поцеловать мне руку, я буду отказывать, но мне будет этого хотеться.

А. (смеясь) – Хм, как забавно! Мне это нравится, но пока мы не начали, позвольте мне поцеловать Вам руку. Это пока не считается.

С. – И правильно, целуйте.

А. (несколько раз целует ей руку. Затем, поразмыслив о будущих удовольствиях, говорит) – Ах, друг мой, но такой способ ухаживания может нам надоесть.

С. – Как только нам надоест, перестанем. Разве мы себе не хозяева?

А. – И правда, дружок. Значит, начали?

С. – Да.

А. – Это будет забавно. Попробуем (Тут Арлекин начинает веселиться и, смеясь, спрашивает Сильвию) – Любите ли Вы меня?

 С. – Не очень.

А. (серьезно) – Это, конечно, для смеха, но все же…

С. (смеясь) – Конечно, для смеха.

А. (подхватывая шутливый тон и смеясь) – Ха-ха-ха! Дайте-ка мне Вашу ручку, милочка.

С. – А я не хочу.

А. (улыбаясь)  - А я знаю, что Вам этого очень хочется.

С. – Даже больше, чем Вам. Но я не хочу этого говорить.

А. (еще улыбаясь, но вдруг меняя тон, печально) – Я хочу ее поцеловать, а то рассержусь.

С. – Вы шутите, мой друг?

А. (так же печально) – Нет.

С. – Как? Взаправду?

А. – Взаправду.

С. (протягивая ему руку) – Так держите.

Сцена двенадцатая.

Фея, Арлекин, Сильвия.

Фея (повернув (волшебное) кольцо, в сторону) – Ах! Я вижу свое несчастье.

А. (поцеловав руку Сильвии) – Черт возьми! А я пошутил.

С. – Вы, конечно, поймали меня, но и я из этого плена извлекла выгоду.

А. (все еще держа ее руку) – Вот остроумное словцо, оно мне нравится, как и все остальное в Вас.

Ф. (в сторону) – О! Праведное небо! Какой язык! Надо стать видимой (поворачивает кольцо).

С. (испугавшись ее внезапного появления, вскрикивает) – Ах!

А. – Ух!

Ф. (Арлекину, в сердцах) – Вы чересчур много узнали о любви.

А. (смешавшись) – Хм-хм, я же не знал, что вы здесь.

Ф. (глядя на него) – Неблагодарный! (Притрагивается к нему волшебной палочкой) Следуйте за мной. (После этого она  притрагивается палочкой к Сильвии, ничего не говоря)

С. – Пощадите!

Фея уходит вместе с молчащим Арлекином.

Сцена тринадцатая.

Сильвия, флейтисты.

С. (одна, дрожа, но не двигаясь с места) – Ах, злюка! Я все еще дрожу от страха. Увы! Она может убить моего возлюбленного, ведь она никогда не простит ему любви ко мне. Но я знаю, что делать: созову пастухов нашей деревни и приведу их к ней. Вперед! (пытается сойти с места, но не может). Что это со мной? Не могу пошевелиться… (повторяет попытки, потом говорит). Ах, эта ведьма заколдовала мои ноги! (В это время появляются два-три флейтиста, чтобы увести ее) Ай-ай! Господа, сжальтесь надо мной: на помощь! На помощь!

Один из флейтистов – Идите же за нами.

С. – Я не могу двигаться, а мне нужно вернуться домой.

Другой флейтист – Так пойдем (поднимает и уносит ее). 

Сцена четырнадцатая.

Фея, Арлекин.

Сцена изменяется и представляет собой сад у дома феи.

Ф. (Арлекину, идущему за ней, понурив голову) – О, лицемер! Я в твоих глазах не была настолько хороша, чтобы внушить любовь, несмотря на все мои заботы, на мои ласки. Своим преображением ты обязан какой-то жалкой пастушке! Отвечай, неблагодарный! Ты нашел ее очаровательной? Говори.

А. (притворяясь, что снова стал глупцом) А чего Вам надо-то?

Ф. – Запрещаю тебе изображать глупость, ты ведь не глуп. Если ты не будешь искренним, то увидишь собственными глазами, как я убью недостойный предмет твоей любви.

А. (живо, со страхом) – Ах, нет-нет! обещаю, что буду настолько умным, насколько вы хотите. 

Ф. – Ты дорожишь ею.

А. – Просто мне не нравится видеть, как кто-нибудь умирает.

Ф. – Ты увидишь, как умру я, если не полюбишь меня.

А. – Не гневайтесь на нас.

Ф. (смягчившись) – Ах, мой милый Арлекин, взгляни на меня, избавь меня от отчаяния и я забуду, откуда пришел к тебе твой ум. Раз уж он у тебя есть, используй его, чтобы понять преимущество моих милостей.

А. – Знаете, в глубине души я уже понял, что ошибся: Вы в сто раз красивее и храбрее той, другой. Я даже зол.

Ф. – На что?

А. – На то, что позволил украсть мое сердце той маленькой плутовке, а она некрасивее Вас.

Ф. (украдкой вздохнув) – Арлекин, хотел бы ты любить того, кто намеревался бы посмеяться над тобой и вовсе тебя не любил?

А. – О, об этом не беспокойтесь: она любит меня безумно.

Ф. -  Она тебя обманывает. Я точно знаю, что у нее в деревне есть возлюбленный пастух, и она выходит за него замуж. Если хочешь, я пошлю за ней, и она сама тебе скажет.

А. (хватаясь за сердце) – Стук-стук-стук, уф! От этих слов мне становится плохо. (быстро продолжает) Да-да, я хотел бы это узнать. И если она меня обманывает, я клянусь Вам, что женюсь на Вас прямо на глазах у них обоих, чтобы ее наказать. 

Ф. – Ладно, пошлю за ней.

А. (все еще в волнении) – Да, но Вы сами тонкая штучка. Если вы будете при нашем разговоре, то нахмуритесь, она испугается и не осмелится сказать мне правду.

Ф. – Я удалюсь.

А. – Проклятье! Вы колдунья, Вы разыграете с нами то же, что накануне, и она догадается. Сами будете среди нас, а мы этого не увидим. О, я вовсе не хочу, чтобы Вы провели нас. Клянитесь, что все будет честно.

Ф. – Клянусь тебе, слово феи.

А. – Уж не знаю, хороша ли такая клятва. Но, помнится, мне здесь читали историю, в которой клялись не то Сиксом, не то Тиксом – да, Стиксом.

Ф. – Да это все равно, чем клясться

А. – Ну уж нет, клянитесь так же. А, Вы испугались! Значит, та клятва лучше.

Ф. (выйдя из задумчивости) – Ну вот еще, совсем не испугалась. Клянусь тебе Стиксом уйти и прикажу привести девицу сюда.

А. – А я пока, в ожидании ее, погуляю и поплачусь на судьбу.

Сцена пятнадцатая.

Фея.

Фея (одна) – Клятва связывает меня. Я не смогу, не присутствуя, испугать пастушку. Но есть один способ… Дам-ка я кольцо Тривелину, пусть незаметно подслушает их и расскажет мне, о чем они договорились. Позову его. Тривелин! Тривелин!

Сцена  шестнадцатая.

Фея, Тривелин.

Т. – Что Вам нужно, госпожа?

Ф. – Приведите сюда пастушку, я хочу с ней поговорить. А сами возьмите это кольцо. Когда я уйду, Вы позовете к ней Арлекина и отправитесь за ним, став невидимым, подслушаете их беседу. Для этого осторожно поверните кольцо. Потом перескажете мне их разговор. Вы поняли? Исполните все в точности.

Т. – Да, госпожа (уходит).

Сцена семнадцатая.

Фея, Сильвия.

Ф. (некоторое время одна) – Есть ли история печальнее моей? Я все больше влюбляюсь и все больше страдаю. Но все же небольшая надежда у меня остается. А вот и соперница. ( К Сильвии) Идите, идите сюда.

С. – Госпожа, долго ли Вы будете насильно удерживать меня здесь? Если меня любит красивый юноша, то в чем моя вина? Он говорит мне, что я прекрасна, но, черт возьми, я не могу запретить ему так говорить.

Ф. (в гневе, в сторону) – О, если бы я не боялась все потерять, я бы ее растерзала. (Вслух) Послушайте, деточка, Вас будут терзать угрызения совести, если Вы мне не подчинитесь.

С. – Увы! Вам нужно только приказать.

Ф. – Сюда придет Арлекин. Приказываю Вам сказать ему, что Вы хотели только посмеяться над ним, что Вы его не любите и что Вы выходите замуж за деревенского пастуха. Меня не будет во время вашей беседы, но я буду присутствовать невидимо. И если Вы не исполните в точности  того, что я приказала, если скажете хоть слово, которое позволит ему догадаться о том, что я вынудила Вас так говорить, пощады не ждите.

С. – Я должна сказать ему, что смеялась над ним! Есть ли в этом смысл? Он расплачется, я расплачусь тоже. Вы же знаете, что это неизбежно.

Ф. (гневно) – Вы смеете мне перечить! Явитесь же, духи ада, свяжите ее и помучайте хорошенько. (Духи появляются)

С. (плача) – Разве Вы не понимаете, что просите о невозможном?

Ф. (духам) Приведите сюда ее возлюбленного и умертвите его у нее на глазах.

С. – Он умрет! Ах, Госпожа фея, только прикажите привезти его сюда, и я скажу ему, что ненавижу его. Обещаю Вам не плакать при этом, я слишком люблю его.

Ф. – Посмеете расплакаться, не будете говорить спокойно – и он умрет, а Вы – за ним следом. (Духам) Снимите с нее цепи… (Сильвии) Когда поговорите с ним, я доставлю Вас домой, если буду довольна результатом. Он сейчас придет, ждите.

Сцена восемнадцатая.

Сильвия, потом Арлекин, Тривелин.

С. (некоторое время одна) – Надо перестать плакать, чтобы любимый мой не догадался, что я его люблю. Бедняжка! Этим я убью себя. Проклятая фея! Но вытрем глаза, он уже идет.

Арлекин появляется, печальный и понурый. Не говорит ни слова, пока не подходит к Сильвии. Несколько мгновений молча смотрит на нее. В это время появляется невидимый Тривелин.

А. – Подружка моя!

С. (с непринужденным видом) – Ну да.

А. – Взгляни на меня.

С. (смешавшись) – К чему это? Меня привели сюда поговорить с Вами, я и поспешила. Чего Вы хотите?

А. (нежно) – Правда ли, что Вы разыграли меня?

С. – Да, я сделала это, чтобы позабавиться.

А. (наклонившись к ней, нежно) – Дружок мой, говорите откровенно. Негодницы феи здесь нет, она мне поклялась в этом. (Лаская Сильвию) Ну же, успокойтесь, сердечко мое. Скажите, разве Вы обманщица? Вы действительно выходите замуж за этого неотесанного пастуха?

С. – Еще раз – да, все правда.

А. (рыдая изо всех сил) – О-ох, ай-ай-ай!

С. (в сторону) – Мне не хватит мужества. (Арлекин роется в карманах, вынимает оттуда маленький нож и прячет его в рукаве). Что Вы собираетесь сделать? (Арлекин не отвечая, вытягивает руку как будто для удара и обнажает грудь). Ах, он убьет себя! Остановитесь, любимый мой, я была вынуждена лгать Вам. (Обращаясь к фее, которая, как она думает, стоит рядом) Госпожа фея, простите меня. Где бы Вы ни были сейчас, Вы видите, что случилось…

А. – Ах, какая радость! Поддержите меня, любовь моя, я теряю сознание. (Сильвия поддерживает его. В это время показывается Тривелин)

С. (удивленно) Ах! Вот и фея.

Т. – Нет, дети мои, это не фея. Она дала мне свое кольцо, чтобы я незаметно подслушал вас.  Но было бы очень жаль позволить излиться ее гневу на столь нежных влюбленных. Она не заслуживает верной службы, потому что сама неверна самому великодушному волшебнику в мире, которому я предан. Успокойтесь, я дам вам средство сохранить ваше счастье. Нужно, чтобы Арлекин выказал недовольство Вами, Сильвия, а Вы, со своей стороны притворитесь, что расстаетесь с ним, смеясь. Я отправлюсь к фее, она ждет меня, я скажу ей, что Вы великолепно справились с тем, что она Вам приказала. Она будет свидетелем Вашего ухода. Вы же Арлекин, как только Сильвия уйдет, останетесь с феей, уверите ее, что убедились в неверности Сильвии и поклянетесь, что привязались к ней. Затем как-нибудь изловчитесь, будто бы забавляясь, завладеть ее волшебной палочкой. Уверяю Вас, как только палочка попадет Вам в руки, у феи не будет власти над вами обоими. Вы сами притронетесь к ней этой палочкой и обретете над ней власть. Тогда Вы сможете уйти и устраивать свою судьбу по своему вкусу.

С. – Молю небо о том, чтобы оно Вас отблагодарило.

А. – О, какой Вы благовоспитанный человек! Когда у меня будет волшебная палочка, я наполню всю Вашу шляпу монетами.

Т. – Приготовьтесь, я иду за феей.

Сцена девятнадцатая.

Арлекин, Сильвия.

А. – Милочка, я весь дрожу. Я должен Вас поцеловать, ведь у нас еще есть время.

С. – Замолчите, друг мой. Не нужно сейчас ласкаться, зато потом будем дарить друг другу ласки всегда. Идут, ругайте же меня, чтобы завладеть волшебной палочкой.

Сцена двадцатая.

Фея, Тривелин, Арлекин, Сильвия.

А. (притворяясь разгневанным) - Вон, негодяйка.

Т. (фее) – Думаю, госпожа, Вы будете довольны.

А. (продолжая ругать Сильвию) – Убирайтесь вон, плутовка. Посмотрите-ка на эту бесстыдницу! Убирайтесь вон из моей жизни!

С. (смеясь) – Ха-ха, как смешно! Прощай же, я выйду замуж за своего возлюбленного, а ты больше не будешь таким легковерным, малыш. (фее) Госпожа, можно мне уйти?   

Ф. (Тривелину) – Уведите ее, Тривелин.

Сцена двадцать первая.

Фея, Арлекин.

Ф. – Видите, я  сказала Вам правду.

А. (с видимым равнодушием) – О, мне до этого теперь нет дела. Эта уродка Вас не стоит. Да, да, теперь я вижу, что Вы были добры ко мне. Фи! Как я был глуп. Пусть! Мы исправим это, когда станем мужем и женой.

Ф. – Как, милый Арлекин, Вы любите меня?

А. – А как же! Моя жизнь неожиданно изменилась. И, знаете, сначала я был зол, но теперь я отдам всех деревенских пастушек за одну ржавую булавку. (Вкрадчиво) Но Вы-то, наверное, все еще сердитесь на меня из-за моей глупости.

 Ф. – Милый Арлекин, ты станешь моим господином и мужем. Да, я выйду за тебя, я отдам тебе свое сердце, свое состояние, свою власть. Ты доволен?

А. – Ах, крошка, как ты мне нравишься! (Беря ее за руку). Я отдам Вам и себя, и еще кое-что (отдает ей свою шляпу), и еще кое-что (отдает ей свою шпагу и говорит, беря ее волшебную палочку) А эту палочку возьму себе.

Ф. (взволнованно наблюдая, как он забирает палочку) – Отдайте мне эту палочку, сын мой. Вы ее поломаете.

А. – Я буду очень осторожен, очень осторожен!

Ф.- Отдайте же, она мне нужна.

А. (ловко прикасаясь к ней палочкой) – Замечательно! Садитесь сюда и будьте умницей.

Ф. (падая на скамью в траве) – Ах! Я пропала, меня предали.

А. (смеясь) – А я чувствую себя великолепно. Ох-хо! Вы меня не так давно ругали за то, что я глуп. Но ума у меня не меньше, чем у Вас (Арлекин принимается скакать от радости, смеется, танцует, свистит и время от времени кружит вокруг феи, показывая ей палочку). Будьте умницей, госпожа колдунья, вы же видите, что у меня есть? (Зовет всех) Ну-ка, приведите ко мне мое сердечко. Тривелин, где мои слуги, куда они к черту подевались? Живо, я приказываю, я командую, дьявол возьми… (Все сбегаются на его крики.)

Сцена двадцать вторая.

Фея, Арлекин, Сильвия, Тривелин, танцоры, певцы и духи.

А. (бегая перед Сильвией и показывая ей волшебную палочку) - Дружочек, вот эта штука. Теперь я колдун, берите ее, поколдуйте и вы тоже (дает ей палочку).

С. (берет палочку и легко подпрыгивает) – О, любимый, у нас больше нет завистников!

Едва Сильвия произносит эти слова, как появляются несколько духов.

Один из духов – Вы наша госпожа. Что прикажете?

(Сильвия, удивленная, пятится от них.)

А. (рассерженный) – Черт! Я научу вас жить. (Сильвии) Дайте мне эту палочку, я их вздую.

Берет палочку и своей шпагой колет духов. Сражается с танцорами, певцами, даже с Тривелином.

С. (останавливая его)  - Хватит, друг мой (Арлекин грозит всем, подходит к сидящей на скамье фее и грозит ей. Сильвия также подходит к фее и говорит) Здравствуйте, госпожа, как поживаете? Вы больше не сердитесь? ( Фея поворачивает голову и бросает на них сердитый взгляд) О! в каком она гневе!

А. (фее) – Осторожнее! Хозяин здесь я. Так что пусть все смотрят на нас с симпатией.

С. – Оставьте, друг мой, будем снисходительны. Сочувствие – хорошая вещь.

А. – Я прощаю ее. Но хочу, чтобы все пели, танцевали, а потом мы отправимся куда-нибудь праздновать венчанье.     


 

* Пьер Карле де Шамблен де Мариво. Арлекин, воспитанный любовью.  Перевод Н.Т. Пахсарьян // Новые переводы. Хрестоматия в помощь студентам-филологам. Составление и общая редакция Н.Т. Пахсарьян. М.: Издательство УРАО, 2005. С. 103 – 121.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наш опрос

Ваш любимый французский писатель:

 

 

 

 

 

 

 

 

  Итоги

Антуан Франсуа Прево

Антуан Франсуа Прево

Антуа́н Франсуа́ Прево́, также аббат Прево (фр. Antoine-François Prévost d'Exiles; 1 апреля 1697 — 23 ноября 1763) — один из крупнейших французских писателей XVIII века, автор романа «Манон Леско». Биография Прево, Антуан Франсуа второй из...

Жан Шаплен

Жан Шаплен

Жан Шаплен (фр. Jean Chapelain, 4 декабря 1595, Париж — † 22 февраля 1674, там же) — французский поэт и литературный критик XVII века. Биография и литературно-критические труды Сын нотариуса. В юном возрасте изучил латынь...

Ретиф де ла Бретонн

Ретиф де ла Бретонн

Никола Ретиф де ла Бретонн (Retif или Restif de La Bretonne) (23 октября 1734, Саси, деп. Йонна, — 3 февраля 1806, Париж) — французский писатель, один из самых популярных и...