С чувством никогда не удается покончить

После риторического сравнения Полония, искательно перед принцем Гамлетом видящего в облаках то, что тому угодно, с. . . Леонардо да Винчи, воображение которого, как известно, готово было интерпретировать случайное пятно на стене, и рассуждений о Фрейде (по поводу его исследования "Одно детское воспоминание Леонардо да Винчи") Бретон приводит все это к сюрреализму: "техника воображения" "вобрала тут сюрреализм". Это поясняется тем, что "желание — единственная пружина мира, желание, единственная вещь, неукоснительно известная человеку". Чьи думы и мечты имеют очертанья Летучих облаков, кто грезит в тишине О наслаждениях, которым нет названья, О жизни, полной тайн в неведомой стране. Нет, мы не встретили ландшафтов грандиозней Тех замков сказочных, тех чудных городов, Что видишь иногда порой заката поздней В причудливой игре нарядных облаков.

Вспоминая жертвенное приношение огненному кратеру в "Новой Жюстине" маркиза де Сада, Бретон у дымящихся фумарол пика Тейде на Тенерифе восторженно восклицает: "У обрыва пропасти, построенной как философский камень, разверзается сверкающий звездами дворец. . . " (р. 108). Этим и заканчивается главка о счастье в книге "Неистовая любовь". А счастье надвинулось на героя, как на путешественника или исследователя — "в момент открытия, с мига, когда перед ранними мореплавателями возникла новая земля, на берег которой они вступают первыми, с мига, когда тот или иной ученый мог увериться, что стал свидетелем дотоле неизвестного явления, с мига, когда начинает вырисовываться значительность его наблюдения. . . " (р. 32—33).

Однако лирик, либо от смятения чувств, либо подобно опытному драматургу или романисту развлекательного романа, применяет ретардацию, задержку развития сюжета. Еще в третьей и четвертой главках речь идет о том, как Бретон и Альберто Джакометти ходили на толкучку и приобрели будто ненужные предметы, показавшиеся провиденциальными поэту — для жизненного счастья, художнику — для творческого завершения скульптурного замысла.