Во Франции долго не приходила пора даже для серьезного изучения

В 50-е годы также нельзя было предвидеть, что Луи Арагон (1897—1982) вернется в последние годы к постсюрреалистической прозе и поэзии.

Внутреннее родство трех "главных" поэтов сюрреалистического круга — Элюара, Арагона, Бретона — было заслонено в 30-е годы политическими обстоятельствами. Как бы нехотя и незаметно для себя Арагон и позже Элюар оказались запятнанными терпимостью к сталинизму, Бретон же после войны вновь будто вписывался больше не в поэтическую, а в организацион- но-эссеистскую линию в сюрреализме. А тут еще наиболее верный друг Бретона — Бенжамен Пере (1899—1959) в ходе утверждения в абстракции верной идеи неприятия поэтами всякого тоталитаризма вызвал конфуз в выпущенном в прекрасном далеке, в Мексике, в 1945 г. памфлете, надменно названном "Бесчестие поэтов", где отстранился и от писателей-коллаборационистов, и от поэтов Сопротивления.

Начало ссор сюрреалистов с ФКП восходит к концу 20-х — 30-м годам. Парадоксальным образом это связано с тем, что во всей французской литературе сюрреалисты ближе всех стояли к марксизму, коммунистическому движению и к России; ближе, чем признанные его друзья: Ромен Роллан, Барбюс, Вайян-Кутюрье. Эти последние, более удаленные, стремились видеть в России и в компартии то, что мечтали и надеялись увидеть.

Сюрреалисты,— захваченные стихией революционности 20-х годов (вопросы социальной революции, понимаемой как в конечном счете единственный путь), увлеченные марксизмом (суждения классиков марксизма и в те годы, и всегда были на острие пера у Бретона),— сами вступали в ФКП. Они ужасались догматам соцреализма, особенно диким в стране Аполлинера, Реверди, Пикассо, Леже, Матисса, сталкивались с требованием буквального осуществления доктрины партийности в художественном творчестве, поэтому спорили, бунтовали, получали затрещины, выходили из партии, выступали в печати с открытой критикой как бы изнутри, считая еще до процессов 30-х годов против бывших сподвижников Ленина, что ФКП не стоит на уровне учения марксизма-ленинизма.