В отличие от драм Камю или Сартра, "Медея" Ануя

Медея восстает не только против обывательского здравого смысла, как это делали и ее предшественницы в пьесах Ануя, но и против жизни как таковой, хранительницей ценностей которой выступает простолюдинка кормилица. Ее попытки образумить и успокоить Медею вызывают лишь злобу и ярость: "Убирайся к своей грязной посуде, старуха, к метле и очисткам, к людям своей расы. Игра, в которую мы играем, не для вас. И если вы подыхаете в ней по недосмотру, без всякого понятия, то вас жаль, но не более того!" Отзвук прошедшей войны ощутим в "Медее", и в безжалостной жесткости, и даже жестокости, этой самой черной пьесы Ануя, и в светлом ее финале, утверждающем неизменность течения жизни и противоестественность игр, в которые люди оказываются вовлеченными злою волею сильных мира сего. Появление "Медеи" в сборнике "Новые черные пьесы" в 1946 г. явилось фактом литературной жизни, сценическая же ее судьба началась лишь в 1953 г. , когда Андре Барсак, режиссер, всегда охотно работавший над постановкой пьес Ануя, показал ее на сцене театра "Ателье".

Премьера "Медеи" состоялась в марте, а в октябре того же года театр "Монпарнас" познакомил зрителей с новой пьесой Ануя "Жаворонок", произведением вершинным в творчестве этого драматурга. Жанна д'Арк, героиня "Жаворонка",— последняя представительница племени непокорных юных существ, составлявших одну из самых привлекательных черт драматургии Ануя. Мы никогда больше не встретим в его творчестве юных героинь, бескомпромиссных максималисток.

Жанна — самый обаятельный, самый наполненный жизнью, самый полнокровный характер, который когда-либо рождался под пером Ануя. Хотя героиня "Жаворонка" предстает перед нами в тот момент, когда она в значительно большей степени, чем ее предшественницы в пьесах Ануя, вырвана из нормального течения жизни, из привычной для нее среды, она словно несет с собой весь свой мир, всю свою короткую, но героическую биографию. Строя пьесу вокруг следствия и суда над Жанной, вокруг нравственного и духовного столкновения, в итоге которого Жанна либо должна отречься от своих убеждений, и тогда ей сохранят жизнь, либо она будет верна самой себе — и ее ждет смерть, Ануй не делает акцент на экстремальности, пограничности данной ситуации.

Не метания, а ясная убежденность в своей правоте, не надломленность, а спокойная твердость человека, уже сделавшего однажды свой выбор в самую трудную и горькую для родины годину,— вот то, что характеризует поведение Жанны перед лицом ее противников, вот что делает ее Человеком, которого стремится сломить во что бы то ни стало Инквизитор. В столкновении с этим персонажем, который является персонификацией служения догме и античеловечности, Жанна побеждает потому, что защищает прежде всего не себя, а человека со всеми его слабостями и недостатками, но и с его самоотверженностью и готовностью к самопожертвованию. Если прежде для героинь Ануя было главным отстоять самоценность собственной личности, право на непохожесть, то для Жанны очень важно сознание себя частицей сообщества людей, в котором она испытала одно из самых замечательных чувств — чувство человеческого братства.

Опыт СопротивленияОпыт Сопротивления, уважение к мужеству и страданиям народа вызвали к жизни единственное в творчестве Ануя произведение со столь определенным пафосом демократизма, с не индивидуалистическим, а народным героем. Но и в "Жаворонке", в самой его структуре (нам постоянно напоминают, что перед нами разыгрывается процесс над Жанной д'Арк), в постоянном снижении героических мотивов легенды об Орлеанской деве, ощутимы скептицизм и ирония, которые в 50-е годы станут определяющими в драматургии Ануя. Между написанием "Медеи" и "Жаворонка", столь непохожих и столь связанных множеством нитей, Ануй ежегодно предоставлял театрам свою новую комедию. 1947 г. — "Приглашение в замок", 1948 г. — "Ардель, или Маргаритка", 1950 г. — "Репетиция, или Наказанная любовь", 1951 г. — "Коломба", 1952 г. — "Вальс тореадоров". Забавные интриги и остроумные диалоги этих пьес Ануя не могли скрыть избитости и повторяемости ситуаций, выглядевших нередко банальными, некоторую на- тужность комизма, почти марионеточную заведенность персонажей.

Критика начинает отмечать уже в эти годы признаки того, что драматург выдыхается, что все чаще подлинный талант подменяет уверенная мастеровитость. Взлет "Жаворонка" на время рассеивает сомнения в том, что новые пьесы драматурга могут стать событием литературной и театральной жизни. Для послевоенного десятилетия в истории французского театра характерно впервые столь очевидно обнаружившее себя расхождение между тем, что становится событием драматической литературы, и тем, что вызывает наибольший резонанс в театре.

Конечно, и в прежние годы удачи и свершения Жака Копо или Шарля Дюллена, Луи Жуве или Гастона Бати, Жоржа Питоева или Андре Барсака, ведущих режиссеров 20—30-х годов, были связаны с постановками произведений не только современных драматургов, но и классиков. И все же ведущее место в репертуаре руководимых ими театров занимала драматургия писателей-современников, содружеством с которыми (самый показательный тому пример — тандем Жуве—Жироду) во многом определялся успех театра у зрителей. В конце 40-х в театральной жизни Франции формируется явление особого рода; оно достаточно быстро отвоевывает ведущее положение в драматическом искусстве и в значитель-ной мере противостоит тому "театру идей", который в этот период занимает главенствующее положение на французской сцене. Оно тоже адресует свои спектакли традиционному кругу зрителей, ищущих в театре не просто развлечения, но и интеллектуального насыщения. Если в межвоенное двадцатилетие водораздел во французском театре проходил между "театром Бульваров" и "интеллектуальным театром", то после 1945 г. возникает театральное движение, программно ориентированное на привлечение к драматическому искусству самых широких слоев общества и прежде всего тех, кто раньше был от театра отторгнут в силу своего социального положения.

Впервые в истории национальной культуры театр выходит за пределы Парижа и обосновывается в провинциальных городах. Движение децентрализации осуществляется прежде всего силами деятелей театра, выросших и сформировавшихся под влиянием идей противостояния подлинного искусства буржуазной, коммерческой сцене. Первый театр в провинции создал в промышленном городке Сен-Этьенне ученик и соратник Жака Копо Жан Даете.