Стоит отметить, что книга Ноэля в начале 80-х годов показалась "радужной"

Объемистое повествование привлекает интерес читателя к истории газеты. Писатель говорит о создании "Монд", приводит цифры, свидетельствующие о росте тиража издания, рассказывает о судьбах рабочих-линотипистов, шоферов, развозящих свежеотпечатанные номера, о жизни редакторов старшего и младшего поколений, литературных обозревателей, журналистов, директоров и финансовых руководителей. Проработав в "Монд" не одно десятилетие, Бернар Ноэль, кажется, знает об этом издании все, но он не преподносит свою осведомленность как историк, всегда стремящийся оторваться от реальности, а только как журналист, которого, по его собственному признанию, интересует не прошлое, а настоящее. В связи с этим он вынужден прежде всего констатировать, что печатная продукция не вызывает уже такого интереса, как, скажем, еще в 1979 или 1985 гг. Когда газета выходила на двенадцати полосах, ее читали целиком, с тех пор как она стала выходить на сорока восьми страницах, "она стала чем-то вроде супермаркета, в котором читатель с трудом находит нужный ему прилавок".

Еще относительно недавно журналисты работали пером или стучали на машинке, теперь перед ними дисплей, на котором без помарок возникает нужный текст. Как-то все стало просто, вроде бы нет никаких колебаний, один нажим клавиши — и перед тобой "tabula rasa". "Не является ли большая машина информации также грандиозной машиной забвений? Горячие, волнующие факты потеснены новыми, еще более волнующими. Нас как будто все время подхлестывает наша собственная "игра". . . "