Словно увлекшись игрой Кейроля в фантастические допущения

Пьеретт Флетьо дебютировала, поддержанная Хулио Кортасаром: он написал предисловие к ее книге "История летучей мыши". Эта повесть и сборник "История пропасти и подзорной трубы" вызвали восхищение критиков мощью воображения, фантазии. С выходом "Истории картины" дружно заговорили о появлении новой писательской индивидуальности, в чем-то близкой Эдгару По.

В "Истории картины" зазора между бытовым контекстом и фантастическими видениями почти нет. Роман вызывает ассоциации с фильмом Антониони "Красная пустыня": тоже благополучная семья, внимательный муж, имеющий неплохое положение, и тоже — наваждение, смутная неудовлетворенность, проецируемая сменой красок. Героиня ведет рассказ от своего лица, что заставляет верить всем психологическим нюансам. Внешняя гармония существования нарушена встречей с картиной.

На художественной выставке женщину вдруг заворожило некое декоративное панно: "Цветовые полосы сочетались друг с другом без всякого видимого порядка, краски словно текли на пол, картина казалась частью подвижной жизни". Повешенная в доме, картина то притягивает, то угнетает, отталкивает; начинается странная жизнь — заброшены обязанности жены и матери, надвигается психическое расстройство. Близкие ничего не могут понять и проявляют полное равнодушие.

На помощь приходят совсем далекие люди, предлагая провести месяц в деревне. Встреча с зеленым цветом возвращает гармонию, на этот раз настоящую. Ведь картиной было лишь спровоцировано беспокойство, копившееся в душе из-за ощущения своей ненужности, отдаленности и от детей и от мужа, из-за отсутствия других контактов, где могла бы понадобиться самоотверженность. В расстроенном сознании героини Антониони все застилается красным цветом, все наполняется невыносимым шумом. В минуты душевного покоя звуки и краски приходят в гармонию, а потом снова — немыслимая, мучительная какофония.

Как и в фильме "Красная пустыня", в книге Флетьо необычная цветовая гамма пробудила спрятанную неудовлетворенность. За внешним мотивом — глубокие, не сознаваемые и самой героиней причины. Возвращение в город не принесет покоя, женщина опять будет метаться, искать особые цвета жизни, свое место в ней. Но суть этого поиска аллегорически выражена сближением слова vert (зеленый) с предлогом vers (к).

Поиск цвета — это поиск пути к людям, к другим. Это скорее "картина моей истории", чем "история картины", роняет героиня на последней странице книги. В этом контексте слово "история" обретает дополнительный смысл — то, что можно рассказать, то, что надо рассказать, не удовлетворяясь лишь "приключениями языка".