АНДРЕ БРЕТОН И ЭПИЛОГ ФРАНЦУЗСКОГО СЮРРЕАЛИЗМА

У нас был перейден порог неосведомленности из-за спецхрановских ограничений, а в свете знакомства с поздними выступлениями и стихами Бретона (1896—1966) совсем иным предстал его нравственный облик — нелегкого, но прямого и мужественного человека, не желавшего покориться превратностям судьбы. Встретив первую мировую войну в 18 лет, он осознал, что его сверстникам предстоит судьба "потерянного поколения". Груз ответственности давил на него. Отсюда его несговорчивость с единомышленниками и неудачи в поисках всепоглощающей любви (женщины оставляли его).

Бретону не везло и как инициатору сюрреализма. Он его "строил" и сам его разрушал, болезненно и скандально реагируя на разные несогласия шумными разборками и отлучениями. Из-за этого, несмотря на художественную близость, не становились в ряды сюрреалистов Пьер Реверди, Рене Шар, Пикассо, Пикабиа, Де Кйрико.

Если для разрыва с Арагоном в 30-е годы у Бретона были веские основания, то несуразно, по мелочному поводу себе на горе оттолкнул он лучшего друга молодости Поля Элюара, талантливейшего поэта сюрреализма, человека кристальности Короленко, однако весьма нуждавшегося по своей детскости в любви и дружеской помощи, а не в игуменском окрике. Бретон, как и многие другие молодые французские бунтари 20-х годов, хотел во что бы то ни стало сразу отказаться от всего старого, включиться и в осуществление социальной революции, и в создание по-новому свободного человека, полагая, что одно в принципе невозможно без другого. В сюрреализме Бретон видел нечто намного более универсальное, чем новаторское художественное течение. Видел особый авангард, который обгонит не художественное представление о реальности, но самое реальность, поднимет из глубин бессознательного и покажет неведомое будущее.

Мало того — поведет к этому неведомому. Сюрреализм не надо понимать как поперечную вертикаль, как "над-реализм", а горизонтально-дугообразно, как рывок вперед, полет по траектории, ведущей за ветхую реальность к грезящейся желаемой реальности будущего. Это напоминает идею Фрейда о доминанте "принципа желания" над "принципом реальности". У сюрреалистов теории Фрейда, не сразу ими усвоенные, были частью их кредо, исходившего из объединения импульсов де Сада, Лотреамона, Рембо, Жарри, Жака Ваше с духом 93 года, с диалектикой Гегеля, с учением марксизма-ленинизма.

В отличие от Фрейда, у Бретона и у других сюрреалистов общественное устремление преобладало (по крайней мере, в теории) над суммой индивидуальных устремлений.