Сандер, впрочем, охотно соглашается с этим мнением — французов

За кусок хлеба они целовали ноги". Выясняется также, что ее брат-парашютист погиб в Италии, муж — военнопленный у русских. Создается, казалось бы, впечатление, что Германия — это монолит, сплоченная нация арийских воинов. Но немке не удалось разозлить Сандера: его цинизм одержал верх над ее патриотизмом: "Некое извращенное чувство привело меня к тому, что я испытывал дружбу, уважение к этим людям".

Правда, в этом изнасиловании он попробовал увидеть отмщение за своего собственного отца, которого немцы убили на Сомме: "Конечно, я не любил отца, но я должен был за него отомстить, эти вещи в крови". Но великолепный цинизм героя заставляет его все-таки признать, что дело, в сущности, не в отце, а в большом, красивом женском теле. Когда же Рита (так зовут немку) начинает испытывать к Сандеру нежное чувство, тогда оказывается, что ее рассказ о семье — чистый вымысел. Стереотипы рушатся, когда отношения между людьми приобретают "человеческий" характер. "Мой отец вовсе не тот красавчик, портрет которого вы видите на стене.

Его мы купили вместе с виллой. Мой настоящий отец был спекулянтом. Он продавал разные вещи.

Он постоянно твердил: "Что касается меня, то я либерал. Я не имею ничего общего с этими событиями и отвергаю войну". Кончилось тем, что война отвергла его, год назад он погиб при бомбардировке. От его тела мало что осталось. . . Что же касается первого мужа Риты (второй действительно пребывал в русском плену), то она, тоже не без известного цинизма, рассказала Сандеру, как, поддавшись общему энтузиазму "подчиняться героям", вышла замуж за солдата, который затем в своих письмах из Франции требовал от нее главным образом посылки с носками и шоколадом: "Я с ужасом встретилась с ним, когда он приехал в отпуск, я молила небо, я приходила в отчаяние из-за того, что война скоро кончится и я получу его назад, я бесилась, слушая сообщения о том, что ваши войска отступают, наконец 10 июня мне повезло, его убили. . . "