Подобные циклы — и по замыслу

В 60-е годы даже высказывалось суждение, будто "античеловечность" "нового романа" вызвала обратную реакцию и обусловила расцвет автобиографического жанра, обращаясь к которому писатели как бы находили оправдание своему желанию писать о человеке и его судьбе14. В самом деле, автобиография с конца 50-х годов получает очень широкое распространение (в том числе у неороманистов). Вот лишь несколько наиболее значимых примеров: "Воспоминания о внутренней жизни" (1959) и "Новые воспоминания о внутренней жизни" (1965) Франсуа Мориака; трилогия Жюльена Грина — "Выйти на рассвете" (1963), "Тысяча открытых дорог" (1964), "Далекая земля" (1966).

Но помимо воспоминаний, автобиографий в "чистом виде" в это время становится очень распространенным и жанр автобиографического романа, в котором события жизни автора оказываются лишь чисто сюжетным импульсом, дающим пищу для размышлений и обобщений самого широкого характера. В этом плане особый интерес представляют "Антимемуары" (1967) Андре Мальро, которые в равной мере могут считаться произведением документальным и художественным. Думается, что в расцвете автобиографического романа в 60-е годы обнаруживается известная закономерность, подтвержденная и положением дел во французской литературе 80-х годов. Автобиографична и трилогия Эрве Базена (род. 1911) "Семья Резо" (1949—1972), обогатившего семейную хронику лиризмом исповедального повествования.

Базен — один из тех художников, которые откровенно поддерживают свое родство с традицией реализма XIX в. (в русской литературе он отдает предпочтение Чехову) и считают честью для себя, если их романические циклы сопоставляют с "Человеческой комедией". В его романах (кроме упомянутой трилогии — "Супружеская жизнь" (1967); "Мадам Экс" (1975), в русском переводе "Анатомия одного развода"; "И огонь пожирает огонь" (1978) и др. ) независимо от того, насколько прочна в них автобиографическая основа, всегда выявляется обусловленность поступков конкретными обстоятельствами и даже мир воспоминаний довольно рационален. Некоторые романы Базена приближаются к сфере массовой беллетристики, хотя автор судит о последней резко критично.