Сновидения для Бютора

Это и продуманная реконструкция своей подсознательной автобиографии, где отражаются и преломляются реальные факты (чтение лекций в Америке, поездки с женой Мари-Жо и дочерьми), попытка самоанализа, иронически посвященная "в том числе и психоаналитикам". Сюжет сна героя романа (студент попадает в подземелье, влюбляется в красавицу, злой гений, вампир карает влюбленных, переносит юношу по воздуху за тридевять земель и превращает в обезьяну; благодаря дару каллиграфии студент становится секретарем ректора университета, с помощью мудрой девы побеждает вампира-чародея, возвращает себе прежний облик, но не обретает счастья) с небольшими изменениями заимствован из сказок "1001 ночи". Если трактовать персонажей как алхимические символы, то события в точности будут соответствовать этапам "великого деяния"22, которое само по себе — лишь отражение духовной аскезы, пути человека к высшему знанию.

Как во всех романах Бютора, мифологическая инициация героя (повествователя) связана с превращением его в писателя (автора). Но, чтобы стать им, сказочному студенту парадоксальным образом приходится победить "гения местности" — злого духа, представление о культурной запрограммированности пространства (поведения), основополагающую концепцию своего создателя. В финале реальный студент, Бютор, пройдя курс тайной науки, отправляется на ее прародину — в Египет.

Подобная многозначность действия опирается на древнюю традицию ал-химических книг, мистических романов и повестей и сказок XVII—XVIII вв. Таков, например, "древнеегипетский" роман аббата Жана Террассона "Сет" (1731), проникнутый масонской символикой, послуживший основой для либретто оперы Моцарта "Волшебная флейта". Многие произведения получали подобную трактовку даже помимо воли их создателей: "Влюбленный дьявол" Ж. Казота, сказки Ш. Перро (в первую очередь "Ослиная шкура" и "Синяя борода"), частенько поминаемые Бютором, послужившие источником для его стихов из сборника "Посылки".