Универсальная одаренность Адриана

Между Адрианом и Зеноном есть немало общего: оба они — харизматические личности, имеющие вкус и к практической деятельности, и к философскому самопознанию. Оба — интеллектуалы и ценят победы на умственных ристалищах. Фаустианская страсть к познанию мира влечет обоих к запретным областям потустороннего, и они не хотят довольствоваться здесь малым. Наконец, Адриана и Зенона сближает их бисексуальная природа, отношение к женщинам и предпочтение мужской любви. Вместе с тем по целому ряду параметров эти герои — антиподы.

Адриан сам вершит историю, Зенон — ее жертва. Зенон лишек очень важного для Адриана измерения — государственной власти, политического влияния. Он — человек частный, а не государственный, хотя и бывал при дворах царствующих фамилий, и погибает он в итоге как жертва системы, неумолимой государственной машины. Для него "власть отвратительна, как руки брадобрея". Мир Адриана — Рим, латынь, стабильность, зрелый сици>м, империя.

Зенон же живет в эпоху смут и распрей, смешения языков, религиозных войн. Соответственно образ Адриана сопровождается мотивами твердости, камня, застывшего металла, а Зенон, напротив, связан с символикой всего жидкого и текучего — воды, крови, плавки металла. Отсюда же дихотомия солнце, свет (Адриан) и ночь, темнота (Зенон).

Различие жизненных концов — сознательный отказ Адриана от самоубийства и самоубийство Зенона — иллюстрирует скорее антагонизм эпох, нежели философских позиций героев, ибо и тот и другой поступок совершен как акт свободного выбора человека, принимающего свое историческое место в эпохе и личную судьбу: Адриан умер как император, Зенон — как нонконформист.