Этот принцип — описание замкнутого пространства через путешествие

Тема алхимии, тайного знания возникает во многих романах и эссе Бютора, в пьесе Р. Пенже "Паралхи- мия" (1973). По концепции новейшего романа, текст — это искусственно созданное существо (гомункулус, Голем, Франкенштейн), уже не подчиняющееся творцу, живущее по своим законам. В ряде произведений Р. Пенже ("Грааль флибустьеров", 1956), М. Бютора ("Миланский проезд", "Роза ветров", 1970), А. Роб-Грийе ("Цареубийца", 1949; "Джин", 1981), К. Оллье ("Жизнь на Эпсилоне", 1972), К. Мориака ("Межзвездная любовь", 1989) слышатся традиции утопических книг, серьезных и сатирических, восходящие к Рабле, Мору, Сирано де Бержераку, Свифту, Вольтеру, Дидро, Фурье.

Разрывая связи с реальностью, писатели превращают романы в чистую игру ума, где воображение никак не сковано бытом. При этом использование сказочной, языковой фантастики в духе Б. Виана (ранние книги Пенже, Роб-Грийе) и научной (Оллье, Мориак) приводит зачастую к сходным результатам: волшебные существа из "Граа-ля", лошади-аисты, напоминают об антикитах и антильвах, придуманных Шарлем Фурье и попавших в текст М. Бютора. Поиск возможных путей развития цивилизации, как правило, показывает, что все утопические варианты ведут к разрушению общества, деградации человека, превращению его в биоробота; мир романа предстает как памятник погибшей культуре ("Топология города-призрака" (1976) А. Роб-Грийе). Переход от "нового" к новейшему роману сопровождался обращением к соседним родам и видам искусств. Прежняя концепция творчества как самоограничения, использования "минус-приемов" (все не как в классическом романе) сковывала писателей, сужала сферу поисков.

При этом в произведениях подспудно вызрели новые способы текстовой организации, которые станут доминировать в книгах конца 60-х и 70-х годов. Их надо было проверить на новом материале, возможности старого казались исчерпанными.