Н.Т. Пахсарьян

[Ответы на вопросы круглого стола

«Проблемы современного сравнительного литературоведения»]

Современная наука о литературе, насколько известно, употребляет термин «сравнительное литературоведение» по крайней мере в двух смыслах: это, во-первых, изучение межнациональных взаимосвязей отдельных писателей (Байрон и Пушкин или В.Скотт и В.Гюго) или литератур (французско-немецкие, русско-итальянские и т.п. взаимосвязи), и, во-вторых, исследование всемирной литературы в ее историко-художественной целостности. В первом смысле определяют компаративистику такие западные ученые, как П.Ван-Тигем или И.Бэббит; во втором – Р. Уэллек или Р. Этьембль.

Естественным образом возникает потребность поставить и попытаться ответить на вопрос: каков предмет сравнительного литературоведения?

Размышляя о том, что следует считать предметом компаративистики: только ли межнациональные сопоставления произведений, писателей, литератур, или также и сопоставления различных литературных периодов (напр., античность и Возрождение, Просвещение и постмодернизм), направлений (напр., барокко и романтизм), жанров (напр., эпическая поэма и роман, новелла-сказка и массовая романистика),  –  приходишь к выводу, что вопрос о границах – один из самых актуальных для этой отрасли науки. И, возможно, специфика компаративистики – в том, что она пребывает именно на границах, что ее собственным предметом и является анализ того, как художественно воплощается концепт межкультурной, межлитературной «границы» по ту и другую ее «стороны». Однако «пребывание на границах» – не является ли оно общей позицией исследователя любой научной проблемы? Возможно, определенную ясность может внести в решение этого вопроса ответ на следующий: каков метод сравнительного литературоведения?

По мнению некоторых ученых, компаративистика не имеет специфического метода или, во всяком случае, не может быть сведена к одному из них. Так, например, полагает Р.Уэллек: по его мнению, «сравнительное литературоведение может и будет процветать, если отбросит искусственные ограничения, положенные ему академическими институтами или методологическими предрассудками девятнадцатого века, и превратится в изучение литературы как целого» (см. его статью «Сравнительное литературоведение» в Международном словаре литературных терминов, помещенном на интернет-сайте «Фабула»). Однако предписываемое ученым изучение литературы как целого может осуществляться различными методологическими путями. Если обратиться к истокам компаративистики, к ее традиции, в частности, и в отечественной науке, то можно увидеть принципиальную важность для нее сравнительно-исторической методологии, понимания истории как движения времени, а не как прихотливой смены текстов. Столь же существенными для компаративистики представляются понятие исторической, культурной реальности, ставящее определенный заслон безудержному научному релятивизму, признание национального своеобразия культур и литератур, существующих и развивающихся не замкнуто, не изолированно, но и не сливающихся в однородное интертекстуальное поле. В этом смысле, думается, для современных компаративных исследований важно использовать активно рождающиеся в современной науке термины (большинство из которых возникает на почве постмодернистского философствования - весьма любопытного, часто - нового и вполне плодотворного для определенной области литературы и литературной рефлексии, но отнюдь не универсального) не только аналитически точно, но и осторожно, размышляя над степенью их применимости в историко-литературном исследовании. С другой стороны, собственно компаративистские понятия (например, дифференциация контактных, генетических и типологических связей между произведениями и литературами) сегодня не столько устарели (то есть прежде всего потеряли свою объясняющую, аналитическую силу), сколько, думается, вышли из моды. Компаративное литературоведение – фундаментальная ветвь академических литературоведческих исследований, требующая широкой научной эрудиции, привычки к тщательному, кропотливому труду, а не склонности к эссеистике на литературные и окололитературные темы, как кажется, наиболее популярной сегодня. И если говорить о кризисе в области сравнительно-исторических исследований, то, по крайней мере, в отечественной литературной науке мы наблюдаем не кризис компаративистики, а кризис компаративистов, точнее, их почти полное отсутствие, во всяком случае, в молодом поколении филологов.