1. Skip to Main Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Н.Т.Пахсарьян

 

Образ России в «Мемуарах» А. Дюма,

или «развесистая клюква» литературной репутации

 

В широкой читательской среде существует особый парадокс восприятия исторических романов А. Дюма: уже третье столетие они необычайно популярны, но вместе с тем, рассматриваются как пример поверхностного изображения истории, изобилующего вымыслом, ошибками, неточностями и т.п. Предполагается, что отсутствие «подлинного историзма» в сочинениях писателя искупается яркостью характеров персонажей,   динамикой и увлекательностью приключений, живостью воображения. В контексте подобной репутации Дюма-романиста (отчасти возникшей и под влиянием его собственного эпатажного высказывания – «История – это гвоздь, на который я вешаю свои картины»)  мемуарная проза писателя трактуется как обладающая невысокой ценностью: главная функция мемуаров – достоверное свидетельство о времени и месте, поэтому достоинства художественного воображения или вовсе не принимаются во внимание, или отступают перед необходимостью изображать страну и эпоху правдиво и по возможности объективно. Как кажется, в первую очередь в силу подобной литературной репутации А. Дюма и возник миф о «развесистой клюкве»: не только в давнем словаре Д.Н. Ушакова[1], но и в самых современных газетных и журнальных публикациях («Независимая газета» – 2002, «Новая газета» – 2002, статья Е. Гришковца, «Советская Россия» – 2004, «Литературная газета» – 2005, журнал «Государственное управление ресурсами» – 2007) упорно утверждается, что автором выражения был А. Дюма, в своих описаниях путешествия по России  якобы допускавший много ошибок и нелепостей. При этом и серьезные ученые-фразеологи, и, с другой стороны, историки литературы, тщательно исследовав тексты мемуаров писателя и его романов о России, а также историю бытования названного выражения, давно и твердо установили, что, во-первых, А. Дюма не является его автором, более того – нигде и никогда не употреблял его, а, во-вторых, что фразеологизм «развесистая клюква» вообще родился только в 1900-х годах и первым зафиксированным примером его употребления является пародийная пьеса по роману русского сатирика Бориса Федоровича Гейера «Любовь русского казака» (1910).

Вероятно, еще одним источником подобного отношения к Дюма-мемуаристу является, помимо его собственной репутации, общая оценка литературных высказываний иностранцев о России и русских: большей частью они анализируются с точки зрения фактографической точности и знания историко-культурного материала, в гораздо меньшей – со стороны сознательной художественной трансформации исходного материала, его преображения в соответствии с эстетическим видением писателя, с избранной автором жанрово-стилевой  моделью. Для филологов, между тем, совершенно очевидно, что если в пьесе П. Кальдерона «Жизнь есть сон» (1636), фабула которой протекает в Полонии (Польше), действие начинается с эпизода у подножия горы, то это происходит не потому, что писатель не знал особенностей польского ландшафта, а если А. Прево изображает в романе «История кавалера де Грие и Манон Леско» (1731) скитание героев по пустыне вокруг Миссисипи, то это отнюдь не следствие его «незнания» топографии американского континента. Разумеется, названные произведения не являются жанрами исторической литературы, однако аналогия с ними помогает предположить, что как в художественной, так и в художественно-документальной литературе происходит обязательная интерпретация  исходного фактического материала, создается образ инокультурной действительности, в котором неточности, а порой и несообразности могут допускаться сознательно и выполнять определенную эстетическую функцию.  

 Что касается А. Дюма, то незнание или поверхностное знание им как французской истории, так и истории и быта современной ему России очевидно преувеличены. Наблюдательность Дюма-путешественника, внимательность и достоверность его описаний российской действительности уже становились предметом анализа в некоторых литературоведческих исследованиях[2]. Представляется, однако, что изучение поэтики «Мемуаров» Дюма, анализ взаимодействия документального и художественного  в них, соотношения социокультурных клише и личных впечатлений, перекличка романных и мемуарных мотивов и приемов изображения и т.д. – еще не решенная, однако важная и интересная исследовательская задача.

Примечания

 

* Пахсарьян Н.Т. Образ России в «Мемуарах» А. Дюма, или «развесистая клюква» литературной репутации // Новые российские гуманитарные исследования. Вып.1 (№ 2).
 


[1] Где все же не называется прямо А. Дюма, а говорится о «поверхностном французском авторе».

[2] См., например: Дурылин С. Александр Дюма-отец и Россия // Литературное наследство. 1937;  А. Дюма в России / Под ред. М.И. Буянова. М., 1996; Neboit-Mombet J. L’image de la Russie dans le roman français (1859-1900). Presses univ. de Blaise Pascal, 2005. 510 p.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наш опрос

Ваш любимый французский писатель:

 

 

 

 

 

 

 

 

  Итоги

Теодор Агриппа д’Обинье

Теодор Агриппа д’Обинье

Теодор Агриппа д’Обинье (фр. Théodore Agrippa d'Aubigné; 8 февраля 1552 — 9 мая 1630) — французский поэт, писатель и историк конца эпохи Возрождения. Стойкий приверженец кальвинизма. Дед возлюбленной Людовика XIV госпожи де Ментенон....

Пьер Мариво

Пьер Мариво

Пьер Карле де Шамблен де Мариво́ (фр. Pierre Carlet de Chamblain de Marivaux; 4 февраля 1688, Париж — 12 февраля 1763) — французский драматург и прозаик. Биография Был сыном директора Монетного двора. Учился праву,...

Мадлен де Скюдери

Мадлен де Скюдери

Мадлен де Скюдери (фр. Madeleine de Scudéry, 15 ноября 1607, Гавр — 2 июня 1701, Париж) — французская писательница, представительница прециозной литературы. Биография Мадлен де Скюдери осиротела в шестилетнем возрасте; получила хорошее образование стараниями дяди....